Непослушная послушница, или Я - жена демона?!

Рука скользнула в волосы, наше дыхание смешалось, тело застонало, запело, тягучей огненной рекой потекло под сильными руками. Постанывая сквозь рык, Дэстан терзал мои губы, как хищник добычу – свою по праву сильного.

   Я растворялась в том удовольствии, что дарила его жесткая страсть, не думая ни о чем. В нашей спальне не было более юной перепуганной драконицы и властного демона. Имелись только женщина и мужчина. А точнее – женщина, жаждущая отдаться пылающему от страсти мужчине, самому соблазнительному на свете!

   Руки Дэстана познавали мое тело, знакомя его с желаниями, которые оно, как оказалось, может порождать.

Они заставляли меня изгибаться с тихим стоном, запрокидывая голову. Дерзкие губы путешествовали следом, и на коже распускались огненные цветы, сплавленные из нежных укусов и жестоких поцелуев, рождающих неясное томление, требующее того, о чем я и не ведала.

    Демон не торопился, смакуя растущее желание, взращивая его трепет, терпеливо разрешая окрепнуть, чтобы достигло своего максимума, хотя Дэстану это давалось нелегко – чувствовалось.

Он умело ласкал меня и наслаждался сам. Стянул с плеч ночную сорочку, глянул в лицо и, убедившись, что я не собираюсь протестовать, опустил ее еще ниже, улыбаясь довольно.

   Полупрозрачная ткань невесомым облаком осела у моих ног, оставив нагой перед мужем, и я была этому рада, открытая перед ним полностью, именно так, как и желала. Легкий вскрик, и я лежу под ним, нависающим надо мной сгустком яростного пламени.

    — Моя послушница, — рыкнул хрипло, прижал к постели, впился в губы нетерпеливо, тараня рот языком, вжимаясь в меня чем-то твердым.

   С задворок памяти прилетели слова Дженни о мужском жезле и о том, что многим нравится, чтобы его полировали женские ручки. Ведомая желанием доставить удовольствие супругу, я провела рукой по его плечу, спине, а потом…

   — Что ты творишь, искусительница? – прорычал демон, содрогнувшись всем телом, едва пальчики нащупали что-то твердое между мной и супругом.

   — Тебе не нравится? – прошептала, по наитию крепко сжав это, чем бы оно ни было.

   — Как такое может… — снова зарычал, уткнувшись лбом в мое плечо, — не нравиться?

   Вдохновленная тем, как дрожит его тело от этой ласки, в которой жена ничего толком не смыслила, я продолжила.