Непослушная послушница, или Я - жена демона?!

Взгляд скользил по чертам его лица, сглаженным сумраком и расслабленностью из-за сна.

   Большой прямой нос, чувственные, такие вкусные губы с выемкой над ними, волевой подбородок с легкой щетиной, которая слегка царапала мою кожу во время поцелуя, порождая волны мурашек. Тень на щеках от длинных ресниц, густые брови, сейчас спокойные, не изогнутые колко. Жаль, глаза закрыты, не видны прекрасные огненные очи демона, кипящие страстью.

   Я не удержалась и провела пальчиком по его щеке. Муж что-то сонно пробормотал и повернулся ко мне спиной.

Ну вот, надо же! Насупилась, но потом сочла это намеком судьбы. Все равно ведь не усну. Встала с постели, накинула теплый халат, лежавший на банкетке у изножья кровати, и подошла к окну.

   За ним царствовала ночь – густо-синяя, с прожилками догорающих вдоль садовых дорожек факелов. Я вздрогнула, увидев, как неподалеку от фонтанчика промелькнул чей-то силуэт. Не только мне не спится, похоже. Кто это, интересно?

   Тень остановилась у одного из факелов и оттого, что она замотала головой, капюшон плаща складками мягко опустился на плечи, открыв светлые волосы.

Женщина! Абрис профиля отозвался в моей душе вспышкой непонятной тоски. Но распознать, из каких глубин поднялось это ощущение, я не смогла – незнакомка поспешно отступила в тень, шагнув с дорожки поближе к кустам.

   Я прошла в смежную комнату и отворила дверь на небольшой балкончик. Взгляд пробежал по темноте, в которой скрылась женщина.

Как выяснилось, не только от моих глаз – по площадке грузно протопали стражи.

   — Куда она делась? – Они остановились, оглядываясь. – Тут ведь была!

   — Да кто ее, змею такую, разберет!

   — Ищите! – женский голос подстегнул их, и они побежали дальше. – Идиоты, — процедила им вслед Дарина, встав рядом с факелом.

   Отблески пламени подчеркнули ее впалые щеки, придав лицу незаметные днем хищные черты. Резко дернув головой, она уставилась на мой балкон, и я лишь в последний момент успела отступить в сторону, за большую кадку с цветком.

   Любовница отца втянула носом воздух, будто гончая. Глубоко посаженные глаза в темноте казались налитыми самой настоящей тьмой. По спине пробежал холодок, когда я заглянула в черноту этих глазниц. Женщина отвернулась, вглядываясь в лужайку, и бросила надменно:

   — Надеешься, этот всплеск Силы тебе поможет, Марианна? – она усмехнулась.