Непослушная послушница, или Я - жена демона?!

Сначала, — щеки полыхнули, но я закончила, — сначала сделай своей женой по-настоящему!

   — С этим придется малость обождать, — в его голосе прорезались нотки беспокойства.

   — Почему? – решила уточнить и, проследив за его взглядом, увидела бегущих к нам людей.

   И они явно не спасать нас торопились – в их руках были арбалеты!

  

   ***

   — Крылья бы нам сейчас пригодились, — пробормотал Дэстан. – Местные всегда столь недружелюбны к демонам, красавица? – он глянул на меня с усмешкой, от которой заныло сердце, и не только оно.

   — Меня вряд ли можно считать местной, — вздохнула, с тревогой вглядываясь в соотечественников, которые орали во весь голос что-то сюда не долетающее: ветер уносил все вопли прочь. – Я с раннего детства отдана Богине.

   — Теперь мы хотя бы знаем, чего они хотят, — демон, хмыкнув, прикрыл меня собой, когда у его ноги вонзился в песок арбалетный болт.

   Следующий Дэстан небрежно отбил рукой, будто от насекомого отмахнулся.

Потом глянул на меня через плечо и бросил:

   — Стой тут!

   Шагнул вперед, тараном врезался в самую гущу орущей толпы, и она тут же облепила его, будто дурные псы, набросившиеся на разъяренную пантеру. А у меня перед глазами остались стоять жуткие багровые раны на его спине. Даже представить не могу, какая жгучая боль терзала Дэстана, когда в них попала соленая океанская вода!

   Сердце заныло отголоском его страданий, которые мужу пришлось вытерпеть ради моего спасения.

В душе полыхнула злость. Метнувшись к коряге, притопленной в песке, я схватила ее, подкинула в руке и, убедившись, что она крепкая и тяжелая – как раз как нужно, бросилась к тем гадам, которые навалились на моего супруга.

   — Сволочи! – Дубинка обрушилась на хребет одного из них, и мужик, охнув, рухнул на колени. – На, мерзавец! – Я огрела следующего.

   Третьему досталось по ногам.

Еще несколько врагов попались под мою во всех смыслах тяжелую руку, и я торжествующе улыбнулась, разглядев в этом копошащемся клубке Дэстана. Но он промелькнул лишь на миг, как солнышко в прорехе туч в дождливый скучный день. Мне этого мало! Верните моего мужа, у нас медовый месяц, в конце-то концов!

   Я снова взмахнула «палицей», чувствуя, как начинают предательски ныть руки. Пусть, зато вон еще один отползает в сторону, воя от боли.