Незабудка и её дракон

Софи уже не понимала кто где, это был клубок из ненависти, злобы, и агрессии. Размотать его могла только смерть одного из них. Вой волка, рёв драконов, эти звуки оглушали и, казалось, что утро никогда не наступит. Она молилась, тихонько, чуть слышно замёрзшими губами. Конечно же, молитв Софи не знала, она просила своими словами, искренне, с верой, что это поможет. Потому что в данной ситуации она сделать больше ничего не могла. В один миг наступила тишина. Волк лежал, распластавшись на песке, из его пасти текла чёрная кровь.

- Прости меня, Софи, - чуть слышно сказала Белинда.

- Белинда, ты всё делала для своей семьи, я не вправе тебя судить.

У меня не было сил ни для обиды, ни для чего - то другого, я устала, замёрзла.

- Сверр, пожалуйста, отнеси меня домой, к маме.

- Сестра, ты сможешь лететь? - спросил он.

- Я попробую, - стиснув зубы от боли сказала она.

Белинда поднялась, обернуться в дракона с первого раза не получилось, потеряла много сил, крови. Её раны кровоточили и достаточно сильно, она совсем ослабла.

- Попробуй ещё, - прошептал Сверр.

Получилось. Мы все вздохнули. Не представляю, как бы мы выбирались отсюда.

- Пора убираться, - сказал Сверр, меня уже подхватил дракон и нёс в сторону дома.

То, что мы летим в сторону моего дома, это я так решила. На самом деле, мы летели в сторону дома Сверра и Белинды.

- Софи, Белинда очень слаба, мы летим к родителям.

- Что? Я не выдержу больше такого унижения, - начала сопротивляться.

- Прекрати, Софи. Так надо. У нас нет других вариантов.

Я начала вырываться из лап дракона, пусть упаду, мне уже было настолько всё безразлично, что я готова была разбиться. Истерика, не могла с ней справиться. Силы закончились быстро, и я просто повисла. Мне даже не было холодно, наоборот, жара, горело всё тело.

Сверр:

- Софи, да очнись ты.

- У неё сильный жар, сынок, неси её в дом. Я сейчас вызову доктора.

- Что с вами произошло? – мать с отцом, были в шоке от вида Белинды.

Их дочь была вся изранена¸ правый бок кровоточил, ногти обломаны, идти самой не было сил, опёрлась на отца. Она не издала ни единого звука, хотя ей было больно. Она отчётливо понимала, что случившееся это только её вина. Исправить это, наверное, невозможно и поздно. Много боли она принесла бедной девочке.