Леди Лед

Ах, если бы можно было все вернуть назад или хотя бы вернуться обратно, в свой мир. Она бы научилась ценить заботу и поддержку любящих ее мужчин. Позволила бы себе стать слабой женщиной, заботилась бы о домашнем хозяйстве и не помышляла бы о большем. Здесь, в сыром, темном подвале она молила богов сжалиться и дать ей еще один шанс. Вернуться к родным в ледяную пустыню и вместе переживать все невзгоды и тяготы, что пошлет ей Великое Небо.

Послеобеденные часы Вадим проводил в роскошном кабинете. Старинные напольные часы пробили три часа, и комната снова погрузилась в тишину.

В открытое окно залетел шмель и затарахтел как моторчик. Последние теплые деньки, очень скоро осень вступит в свои права. Вдоль стен кабинета стоял ряд книжных шкафов, за стеклами таинственно мерцали переплеты в золоте.

Книг Вадим не читал с детства, но посидеть здесь с бокалом коньяка и сигаретой любил. Из всех школьных предметов, литература вызывала наибольшее отторжение. Единственным исключением, пожалуй, был роман Достоевского «Преступление и наказание».

Раскольников удивил его своими терзаниями на тему, имеет ли он, нищий студентик, право убить старуху. Отвратительную как насекомое. Вопрос «Тварь ли я или право имею?» долгое время будоражил его воображение и наводил на размышления. Если этот нищеброд позволил себе убить старушку, так почему он – один из представителей сильных мира сего, не может себе позволить? Кто его остановит? Закон или совесть? На закон он давно плевал, категория «совесть» для него просто не существовала. Он безусловно имел право вершить судьбы хотя бы немногих, чувствуя себя почти богом. Если бы его спросили, есть ли Бог, он бы только кивнул.

Слушая жужжание шмеля, запутавшегося в занавеске, Вадим представлял, что Лия, всего лишь большая бабочка. Он поймал ее в сачок и только ему решать, жить ей или умереть.

Сегодня он опять взял на себя полномочия бога и решал участь пленницы. Хотя, чего там решать, он потрогал набухший синяк под глазом и вызвал Митяя.

- Ну как там она? Плачет? Молит о пощаде?

- Нет, говорит, что умереть хочет. Совсем дурная. Я ей сказал, что до вечера пусть подумает.

- Как думаешь, есть шанс, что одумается?

Митяй пожал плечами. Он что, экстрасенс, откуда ему знать.

- Как стемнеет, камень ей на шею и утопить в ближайшем озере. Все концы в воду и смотри, чтоб без лишнего шума.

Оставалась еще одна проблема. Этот фотограф, с ним надо было тоже покончить, но тут нужен профессионал.