Ведьма твоих желаний

— Я всегда знала, что ты настоящая Серебрякова, и ведьмин дар в тебе обязательно проснется! — но тут же горько усмехнулась и закончила: — Только не думала, что это обернется такой ценой для меня.

— Я куплю новую люстру, — жалостливо заверила я старушку.

— Да причем тут люстра! — взмахнула та недовольно рукой и, покосившись на дверь, тише добавила: — Я про печать говорю. Листок насколько поврежден?

Я нервно кашлянула и честно призналась:

— С одного бока разорван наполовину. — Пока бабушка равномерно вдыхала и выдыхала, я решила осторожно поинтересоваться: — Мне надо с ним что-то сделать? Может, как-то избавиться?

— Не смей даже думать об этом! — шепотом воскликнула родственница.

— Печать должна быть нерушима, несмотря ни на что!

— Хорошо-хорошо, — быстро заверила ее я, с тревогой глядя на сильнее запиликавший подключенный к руке бабули прибор.

Бабуля недовольно поморщилась, но ничего мне не сказала по этому поводу, просто так же тихо продолжила допрос.

— Ты что-нибудь обещала демону?

— Нет, — в тон ей проговорила я.

— Это он мне предложил исполнить одно желание за освобождение. Я попросила жизнь.

— Молодец, — окончательно успокоилась она.

— Бабуль, — я растерянно посмотрела на нее и меня прорвало: — Что вообще происходит? Почему ты мне ничего не рассказывала? А мама с папой, они знают? Демон сказал, что это ты его запечатала. Но как? Вообще, откуда он взялся? И что мне делать дальше?

— Ничего не делай и никому об этом не рассказывай. Это тебя абсолютно не касается, — сказала, как отрезала бабушка.

— Печать не трогай. И сегодня же возвращайся к родителям. Я сама во всем разберусь. А когда придет мой срок, получишь мою квартиру и продолжишь спокойно жить.

— Спокойно?! — я даже на ноги вскочила от возмущения. — Ты себя слышишь?!

— Слышу. И требую, чтобы ты услышала меня! — повысила голос бабушка. — Не лезь в это. Я во всем разберусь!

Она еще что-то хотела сказать, но лишь беззвучно открыла рот и болезненно схватилась за сердце. Стоявший рядом аппарат бешено запищал.

Я дернулась к двери, чтобы звать на помощь, но та уже распахнулась, пропуская медсестру. Она быстро осмотрела приборы и вызвала по небольшой рации доктора.

Уже спустя мгновение тот появился на пороге вместе с плечистыми медбратьями и каталкой. Мужчины сноровисто переложили на нее мою бабушку.

— В реанимацию, — отдал приказ Геннадий Викторович.

Меня словно никто не замечал, а я стояла ни жива, ни мертва, и не знала, что делать.