Попаданка с пропиской, или Эльфийские каникулы. Часть 3

Нехорошая такая дыра на ткани на правом бедре сзади и ближе к внутренней поверхности заставила меня содрогнуться. Насквозь пропитав штанину, кровь из раны не то чтобы лилась фонтаном, но ключевым тут было «лилась».

- Анатолий! - проорала я, судорожно соображая, что предпринять.

- Уже лечу, - пропищал он над головой. – Продержитесь немножко, сейчас-сейчас я за помощью.

Благодарно кивнула, не оглядываясь: славный комарик, даже объяснять не пришлось. Тео что-то простонал и попытался повернуться.

- Куда?! Нельзя тебе на спину, лежи смирно.

- Добить решила? - слабо отшутился несносный вампир. – Возьми какую-нибудь тряпку, зажми рану на лице. Кровь...

- Здесь кругом кровь, плевать. Надо чем-то разрезать штанину, проверить насколько все плохо.

- Ну откуда в комнате амантэ ножи? Разве что для бумаги.

- Так, ладно... ладно. В баню нож, мне нужен жгут, веревка, лента... Ненормально, когда кровь так вытекает, даже комару ясно.

– Да, перевязать не помешало бы, - тихо согласился Тео.

Только я вскочила, чтобы отыскать подходящее, как он вцепился мне в рукав и с горячностью заговорил:

- Эни, ты не понимаешь. Ты в замке вампиров, твоя кровь слишком... искусительна. Я чувствую, как сильно она волнует инстинкты. Зажми свою рану и забейся в какой-нибудь самый дальний и темный угол, не привлекай внимания, пока я не буду уверен, что все под контролем.

- Черта с два я буду сидеть в домике, пока ты тут окочуришься от потери своей! У тебя что, в таком состоянии и аппетит вдруг проснулся?

Тео скривился.

- Нет... нет, конечно. На меня она действует иначе, но я не могу быть уверен за других.

- Вот и славненько, аперитив отменяется. Может, всем вообще будет на меня начхать, может, я только для тебя одного такая вкусная и единственная.

Казалось, эта мысль немало озадачила моего, прямо скажем, переборчивого в традиционном смысле вампира. Воспользовавшись его замешательством, я помчалась выискивать, чем бы перетянуть ногу. План зарыться в гардеробе изменился на пороге спальни, с удивительно кристальной ясностью я вспомнила о папиной ленте для Храмовника, которая лежала во внутреннем кармане рюкзака.

К счастью, к моим вещам Эмма не прикасалась, все осталось лежать в целости там, где я и оставила. Не с первого раза, но я справилась с завязками, расстегнула замок – ярко желтая лента, аккуратно свернутая, лежала на месте.