Паучья корона

– Ты справишься, – сказал он. Они добрались до верхнего пролёта и двинулись в сторону спален. – Я буду рядом.

– Меня не это волнует. Не сильно, по крайней мере, – буркнул Нолан. – А вдруг мама не там? Вдруг Орион на другом конце страны? Как нам искать её, если мы не знаем, куда идти?

Саймон и сам не знал. Но он не мог признаться в этом брату, потому что слова, произнесённые вслух, обрели бы вес. А сейчас нужно было поверить, что у него всё получится – что у них всё получится. Мама оставила ему открытку на могиле дяди, под статуей волка, стоящей в зоопарке.

С изображением паука-кругопряда в саду, но никакого намёка на место не было, в отличие от остальных подсказок, которые она присылала. Уинтер оказалась права, сравнивая их ситуацию с поиском под камнями в парке. Новый Орлеан – просто догадка. Обоснованная догадка, построенная на словах Арианы о её каникулах, – но всё же. И они могли ошибаться, учитывая, сколько раз после этого королева Чёрная Вдова была вынуждена переезжать.

Он всё ещё пытался придумать ответ, когда открыл дверь спальни и чуть не наступил на разгневанного коричневого мышонка. Феликс стоял на задних лапках, уперев передние в бока, и даже с высоты своего роста Саймон видел его недовольный взгляд.

– Ты получил очередную записку и ничего не сказал? – возмущённо спросил мышонок, размахивая посланием, которое Саймон нашёл вчера на подушке. Толстая бумага не помялась, и хотя записка была практически вдвое больше Феликса, он держал её с лёгкостью.

 – Мы же договорились. Если ты не хочешь говорить Малкольму, то говори хотя бы мне…

– Феликс! – Саймон округлил глаза, многозначительно уставившись на мышонка. Спустя мгновение до Феликса дошло, и он отбросил бумажный лист, но было слишком поздно.

Нолан распахнул дверь спальни настежь, обошёл Саймона и поднял выкинутую записку.

– Что это?

– Да так… – Саймон замялся. – Она моя, отда…

Но брат уже читал. Секунды показались минутами, а потом он вскинул на Саймона глаза, полные обиды и непонимания.

Но не успел тот что-нибудь сказать, как за спиной кто-то кашлянул.

– У вас всё в порядке?

Саймон резко развернулся. Вот теперь хуже стать точно не могло: в дверном проёме стоял широкоплечий мужчина с каштановыми волосами.

Альфа Царства Зверей. Его дядя Малкольм.

3

Ползучие гады

Саймон стоял в дверях, застыв между заинтересованным дядей и расстроенным братом.