Паучья корона

Пока их мама путешествовала по стране, он оставался с Селестой и Малкольмом, и для него они были такой же семьёй, как для Саймона дядя Дэррил. Если бы Нолан узнал, что их бабушка вернулась и предлагает сотрудничать, он мог бы принять её предложение.

– Не знаю, – сказал Саймон, надеясь, что брат не станет давить. – Зато я знаю, что Чёрная Вдова – единственная, кому известно, где спрятан Осколок, и если мы хотим его отыскать…

– Не факт, что она единственная, – возразил Нолан. – Быть не может, чтобы она никому не сказала.

Все поглядели на Ариану, и та пожала плечами.

– Кто его знает, – пробубнила она с набитым ртом, а потом проглотила и добавила: – Но сомневаюсь.

– Может, нам повезёт, и Саймон его просто… найдёт? Как у Рептилий? – предположил Джем. – Можем хотя бы попытаться, согласитесь?

– Мы даже не знаем, с чего начать, – устало сказала Уинтер. Это обсуждение всплывало так часто, что Саймон потерял счёт, но каждый раз они приходили к одному и тому же.

 – Осколок может оказаться где угодно. С таким же успехом можно искать под камнями в Центральном парке и надеяться на лучшее.

– Мы точно знаем, что в последний раз Ариана видела маму в Новом Орлеане, – начал Саймон, глядя сквозь бутерброд. – Добраться бы дотуда…

– Как? – поинтересовался Нолан. – После Лос-Анджелеса дядя Малкольм ни за что тебя не отпустит.

Саймон коснулся бока, на котором красовался полукруглый шрам, оставшийся от одной очень уж злобной акулы, попытавшейся оторвать от него кусочек.

Точно такой же шрам был у него на ноге – и, сказать честно, Саймону не верилось, что Малкольм вообще разрешает ему передвигаться по школе одному. Нолан прав. Им удалось уговорить Малкольма отвезти их в Лос-Анджелес. На Новый Орлеан он ни за что не согласится, сколько бы они с Ноланом ни умоляли.

– Тогда… не стану спрашивать разрешения, – сказал он. – Сбегу, как только начнутся весенние каникулы. У меня есть крылья, я долечу.

Да, это будет долго, – добавил он, когда брат попытался возразить, – но я не могу просто сидеть сложа руки.

– Я тебя не отговариваю, – сказал Нолан. – Наоборот, если ты улетишь, то я с тобой.

Теперь уже Саймон раскрыл было рот, чтобы возразить, но тут же захлопнул его. У него не было права отказывать брату. Нолан понимал, что дело опасное – особенно для него, потому что Орион и Селеста знали о его способностях в отличие от сил Саймона.