Чудеса под Новый год

И никого вызывать тоже не будем, сами справимся.

В колбасный отдел стали по очереди забегать то Лариса Ивановна, то Люся.

Лина благодарно посмотрела на тётю Зину.

Время приближалось к полуночи, покупателей стало гораздо меньше, даже в самом популярном хлебном отделе. Девушка задумалась. Так, одно её пожелание исполнилось даже раньше, чем было загадано. О ком же попросить высшие силы ещё? Она рассеянно посмотрела на кассиршу.

Тёте Зине шестьдесят девять лет. Женщина похожа на амазонку, гренадерского роста, статная, сильная.

Когда-то была красивой, у неё большие глаза и чёткие, строгие черты, а теперь всё лицо в морщинах и волосы, стянутые в узел, полностью седые.

Дети давно выросли, у них свои семьи, муж несколько лет назад умер, в пустой квартире сидеть тоскливо, и потому пожилая кассирша до сих пор работает. Звать её тётей требует сама, с отчеством именоваться не любит, тем более терпеть не может обращение «бабушка». Какая она бабушка, если внуков нет, да и сама ещё не совсем старая?

– Лина, гляди в оба! – скомандовала тётя Зина.

– В праздничные дни активируются всякие воришки и попрошайки.

– У меня на прилавке ничего не лежит, – спокойно возразила Лина.

Подобные советы лучше Люсе давать, та кладёт рядом с кассой шоколадки и сигареты, а сама то и дело отвлекается.

– Ты не возражай, не возражай, лучше послушай добрый совет да будь повнимательней.

На сей раз Лина промолчала. Характер у тёти Зины таков, что за ней лучше оставить последнее слово.

Ну, а сделать можно и по-своему.

***

Возле прилавка образовалась небольшая очередь из женщин, Лина поспешила заняться ими, но не тут-то было. Тётя Зина вдруг перестала выбивать чеки, с треском захлопнула денежный ящик, выскочила из-за кассы и побежала к винному отделу. Там разгорался скандал, грозящий перейти в драку.

Все покупатели, в том числе у хлебного отдела, напрочь забыли о продуктах, развернулись в другую сторону и увлечённо стали наблюдать за безобразным зрелищем.

Мужчина с багровым лицом, в порванной одежде, хрипло орал, брызгал слюной и тянулся руками через прилавок к Ларисе Ивановне.

– Я же просил по-хорошему! У меня трубы горят! Я завтра тебе всё отдам!

Тётя Зина прикрикнула, легко заглушив и похмельные вопли пьянчуги, и разухабистую попсовую музыку. А затем схватила буяна за шиворот и, не особо напрягаясь, поволокла вон из магазина.