На Грани. Книга первая

— Ну, положим, на то, чтобы переубедить меня, много сил тебе не потребовалось, — несколько ворчливо отозвался верховный протектор.

— Согласен, — Валтор кивнул. — Но следует учитывать, что у тебя нет дочки на выданье, или сестры, или племянницы — словом, молодой особы женского пола, через которую можно было бы породниться с королем.

— Чего нет, того нет, — Торн провел ладонью по щеке, которая к ночи утратила свою утреннюю гладкость, — Но если бы и была, твой брак с Лотэссой Линсар принес бы тебе куда больше выгод для укрепления в Эларе, чем с любой из дайрийских девиц.

Элвир не кривил душой. Он действительно находил идею союза Валтора с первой аристократкой покоренной страны удачной и разумной. Но иные соратники Малтэйра придерживались противоположного мнения. Им казалось, что беззаветная преданность заслуживает награды. А разве может король почтить верную службу в бою и в государственных делах лучше, чем взяв в жены дочь, сестру или внучку? А тут его величество, благополучно воцарившись в столице завоеванной страны, объявляет, что хочет жениться на местной девице.

Многие дайрийцы восприняли это решение как пощечину. Если бы Лотэсса Линсар хотя бы не была такой красавицей....

Когда видишь девушку столь ослепительно прекрасную, как энья Линсар, мысли о политической выгодности союза, о дипломатических хитросплетениях или дальновидном расчете как-то пасуют перед убеждением, что Валтор Малтэйр попросту потерял голову, влюбившись в эларскую красотку до такой степени, что позабыл о своем долге перед приближенными, да и перед родной страной вообще.

И бесполезно им объяснять, что красота королевской избранницы является лишь приятным дополнением к ее знатности и положению ее семьи в государстве.

Так или иначе, брак короля вызывал довольно единодушное недовольство среди его дайрийских подданных. Только вот откажись Валтор в угоду им от своей затеи, не сильно бы это помогло улучшить щекотливую ситуацию — напротив, только ухудшило бы ее. Торн, как и Малтэйр, понимал, что, откажись король от эларской невесты и возьми вместо нее дайрийку, поддавшись на уговоры, стало бы еще хуже.

Потому как выбор дайрийских девиц у него более чем богатый, а королевой можно сделать только одну. И наивно думать, что отвергнутые приверженцы смирятся с тем, что выбрали кого-то другого, утешившись мыслью, что не попраны права и гордость родной Дайрии. Нет, у каждого из них своя собственная гордость и, что греха таить, своя корысть.