На Грани. Книга первая

— Ты решила, что мы с мамой просто продали тебя этому мерзавцу?! — теперь обида была в голосе Оро, причем обида искренняя, выстраданная.

— А что мне оставалось думать? — девушка пожала плечами.

— А тебе не приходило в голову, что в стане врага всегда должен быть свой человек?

— Ты хочешь сказать, шпион? Называй вещи своими именами! — в словах Лотэссы слышался откровенный вызов.

— Я хочу сказать, что Малтэйра окружают или дайрийцы, или жалкие трусливые лизоблюды, не способные ни на что. А нам нужно, чтобы рядом с ним был кто-то, способный держать меч возмездия и имеющий на то веские причины!

Некоторое время, показавшееся Оро вечностью, дочь молчала, думая о чем-то своем, а потом неожиданно спросила:

— Ты хочешь, чтобы я его убила?! — голос звучал потрясенно и испуганно, длинные изящные пальцы нервно накручивали и распускали кисти бахромы на концах шали.

Девушка боялась поднять взгляд на отца, опасаясь прочесть на его лице свой приговор.

— Нет, что ты! — поспешил разуверить ее Линсар, решительно отметая даже возможность такого поворота дел.

— Храни тебя древние богини от подобных мыслей, девочка! Найдется кому его убить, но ты должна быть рядом, чтобы мы могли понять, когда и как действовать.

— Кто это «мы»? — Тэсс подозрительно прищурилась.

— Думаешь, мало в столице и по всему Элару честных людей, которые не желают вечно терпеть гнет захватчика? — Оро начал по привычке нервно вышагивать по комнате, от двери к окну и обратно.

— И чего же ждут эти «честные люди»? — по голосу дочери было ясно, какого она мнения о потенциальных заговорщиках.

— Чего они ждали, когда убивали их короля?! Они будут терпеть гнет до тех пор, пока их не перебьют поодиночке, как Йеланда и Нейри?

Линсар остановился и в упор посмотрел на дочь, которая, впрочем, не уступая, буравила его гневным взглядом.

— Они… мы ждем подходящего момента. Затевать мятеж сразу после воцарения Дайрица — безумие, хоть и благородное. Какой толк стране с того, что те, кого пощадила битва при Латне, сложат головы на плахе? Сейчас он силен и осторожен.

Но власть опьяняет. Он успокоится, расслабится, рано или поздно начнет совершать ошибки, и вот тут мы и нанесем удар. Пойми, шанс у нас только один, но использовать его надо с умом и в нужный момент, потому что такие, как Дайриец, не дают ударить себя дважды.

Лотэсса молчала. Очевидно, размышляла над словами отца, хотя по ее лицу скорее казалось, что думает она о чем-то своем.