Стережеи. Тропами Кривды и Правды

Ежели так и далече, то по праву Деян княжить в Гоствице станет, иль Войко. Не бабе же на престоле сидеть…

— А може и Путимир. Кто знает, кто знает.

— Путимир отрёкся от престола. Коли посягнёт — казнят без суда. Да и на кой ему великое княжение? Всё в девках ходит, на граде своём женатый…

Вересея хитро улыбнулась, довольно жуя яблоко. Ей много не нужно, чтоб сложить всё в одно. Нет у Желана наследника, значит… Не там они ищут, ой не там.

Но как же Мирогост? Отчего воду мутит? В заговоре с князьями супротив Желана? Всё может быть.

Только сначала надо здесь до конца проверить, на всякий случай.

***

Поутру Драган поспешил в конюшню. Ему не терпелось проверить верную подругу, что делила с ним пусть ещё и короткий, но тернистый путь. Вересея увязалась с ним, посетовав на духоту в княжьих хоромах, мол, на холодке дышится легче.

Пожимая плечами, стережей прикрыл нос рукавом. На конюшне, да и на самом княжьем дворе несло навозом, словно там паслось стадо коров.

— Что с тобой? — Вересея гладила влажную кобылью морду.

— У нас не держат скота, — загнусавил Драган, стараясь дышать ртом.

— Как же? — она удивлённо вскинула брови, не в силах представить двор, где нет хоть одной, пусть и самой захудалой коровы. — Даже коз не держите?

Лошадь забрыкалась, недовольно подчиняясь дёрганью стережея, проверяющего подковы.

— Негде пасти. Полей и лугов нет, лето короткое, да и зверь али Навь какая пожрёт запросто.

— И как же вы без мяса?

— Почему сразу без мяса-то? — он возмутился, хмуро глянув на стережею, — Дичь-то есть.

В вересень гулянье начинается, в честь Первой Охоты. Первых изловленных оленя иль лося забивают в жертву Велесу, чтоб уважить. Коли при первом ударе кровь хлынет, то охота до весны будет доброй, коли нет — не видать удачи. Велес тропы звериные скроет, охотников в ущелья иль чащи, из коих не выбраться, загонит, — и наскоро добавил: — А у родовитых бывает, на дворе и куры-гуси водятся.

Вересею аж передёрнуло, а Драган, закончив, стряхнул солому с коленей, сильнее зарылся носом в меховую оторочку.

Помнилось, в Лерме и Вадорге держали скотину, но он там бывал всего два раза. Оттого здесь, в Аловодье, дурел от вони.

— Как зовут хоть красавицу, что и короба, и двух людей на себе дюжит? — Вересея приникла к горячей кобыльей шее, вырисовывая круги на шерсти.

— Бурка, — Драган улыбнулся, глядя на обеих. В холодном свете утра стережея казалась призрачной. — В Хране не держат ездовых, только для гонцов.