Идеально холодное...

До этого молодой дознаватель даже и не думал в сторону героя страны, но теперь… мысль о том что Ирдарус совершил это все при помощи и поддержке Вивьен Далькорн крепла с каждой секундой, делая эту версию одной из основных. Да и зачастившая в последнее время к ректору девчонка, тоже теперь начала хорошо вписываться в картину сформировавшихся подозрений.

- Надеюсь что ты права – согласно покивал Кармон по поводу отсутствия охоты на преподавателя артефакторики и, не давая допрашиваемой время на раздумья, атаковал ее новым, прямым словно копье, и хлестким вопросом – Твою маму убили? И это случилось не на войне?

- Я… я не хочу это вспоминать – опустив голову и делая вид что вот-вот заплачет, сбивчиво проговорила девчонка.

Кармон был практически уверен в том, что это лишь слезная уловка способная дать ей возможность пропустить вопрос, поэтому он, почувствовав близость важной зацепки, попытался продолжить давить на нее уточняющими вопросами… Но увидев увесистый кулак стражника перед лицом, нехотя остудил свой пыл.

- Допрос окончен, господин дознаватель. Если хотите продолжить, то приходите с разрешением совета – объявил этот уже седой здоровяк и встал между ним и Сарией, крайне хмурым взглядом давая понять, что упрашивать его нет смысла. Почувствовав такую верную поклевку и увидев как рыба уходит из его рук, Кармон Рах буквально вспыхнул злостью и задал последний, продиктованный не разумом а гневом, вопрос.

- Судя по всему, любовные аппетиты у твоего наставника очень большие. Сколько раз у вас вчера была случка после такой долгой двухнедельной разлуки? – такая наглость разозлила обоих патрульных и они твердо вознамерились намять бока в край обнаглевшей ищейке.

Но все удивленно замерли, услышав нежданный ответ от раскрасневшейся до крайности девицы.

- Около двадцати раз. Точнее сказать не могу. При помощи техники восполнения жизни можно убирать усталость и иные негативные последствия… соития, а потом повторять все много-много раз – пояснила Сария, вызывая сильную зависть у всех мужчин к одному, хорошо устроившемуся, преподавателю академии.

Бывшие вояки вновь оценивающе изучили формы молодой девушки и задумчиво покивали, в очередной раз выражая одобрение выбору артефактора.

– Только я не понимаю… зачем столь личное знание необходимо для вашего следствия? – патрульные тоже хотели задать этот вопрос, правда в более прямой и нецензурной форме, но повернувшись к дознавателю… увидели лишь его стремительно удаляющуюся по улице спину.

- Творится незнамо что.