Идеально холодное...

Ну его, бестолкового – нахмурившаяся Сария недовольно махнула рукой, а затем, даже не став дослушивать благодарности стражника, попрощалась с ним и побежала обратно в подвал, к своим книгами артефактам. Она потратила слишком много времени на этот бессмысленный разговор и теперь ей хотелось наверстать упущенное. Далькорн грозилась спрашивать за свои предметы очень строго, поэтому нужно было к этому подготовиться не просто хорошо, а идеально.

«- Опять сегодня не успею поспать. Ну ничего, летом дам себе немного отдохнуть» – наивно подумала Сария подступаясь к целительскому тренажеру и усилием мысли задавая на нем параметры полученных им травм – В первую очередь работа.

Ну а отдых… отдых для слабых духом.

Глава 43

- Как же он надоел – едва слышно проговорил ректор, безрезультатно пытаясь выбросить недавний и довольно неприятный разговор с Кармоном.

Дальний родственник, которого видел еще младенцем. Крайне смышленый парень, отучившийся в академии с прекрасными показателями.

Упорный, цепкий и очень умный человек, к тридцати годам, без протекций и помощи, сделавший просто невероятную карьеру от младшего помощника дознавателя, до старшего дознавателя по особым, связанным с магией делам. Верный муж, любящий отец, отличный собеседник и искра любой компании. Все это было несколько месяцев назад и перечеркнулось в глазах ректора за считанные недели. Почувствовав нешуточную опасность для своей карьеры, он слишком сильно сместил свои приоритеты и превратился в бешенную ищейку.

В целом, было вполне логично испытывать подозрения к связке из Вивьен Далькорн и прикрывающим ее тылы Ирдарусом. Логично, но, по мнению самого ректора, крайне глупо. Дознаватель слишком активно и даже нагло начал рыть носом землю под ногами ректора. Постоянно шастал по академии, задавал странные вопросы преподавателям и ученикам, запрашивал через столичный секретариат личное досье ректора и госпожи Далькорн, словно тень мелькал где-то поблизости или ястребом наблюдал издалека - такое поведение просто не могло не вызывать раздражение.

После многодневных ожиданий в засаде и долгих вылазок в тыл врага, у героя последней войны сформировалось просто железное терпение, но когда глупые вопросы вроде «Значит это ты убил того артефактора?» или «Ну и зачем тебе было нужно пачкать об них руки?» начали задавать его хорошие знакомые, раздражение порой начало переливаться через платину нерушимой выдержки.