Медные крылья для королевы Синих драконов

Сколько ему лет, интересно?

Ведь совсем же молодой парень, я не удивлюсь, если даже моложе меня. Вряд ли больше, чем мне. И вот так взять и отказаться…

- Доброй ночи, королева Эирин.

- Доброй ночи, король Танкар.

Он ушел, я осталась одна.

Немного странно все это, хотя причины более чем понятны.

И так отчетливо сейчас - моя жизнь перевернулась и прежней уже не будет.

И не спалось.

Я очень старалась, но не спалось.

Где-то в тишине мне все мерещились женские крики, такие отчаянные… Не знаю, может быть мне мерещилось? Или скорее… Черного поселили в противоположном крыле, подальше.

Здесь рядом Серебряный. Или, кто знает, может быть, это вообще развлекается кто-то из слуг…

Но у меня перед глазами вставала испуганная до смерти Айола, здоровенные лапы Черного, мнущие ее грудь. И ныло сердце.

Я следующая. Я трофей, и мне не избежать.

Но, может быть, еще не поздно придумать что-то… Выйти замуж? Это поможет?

Долго лежала в кровати, пытаясь заснуть, пытаясь обдумать все, что происходило за последние дни.

Все, что произойдет. Это не давало покоя.

Как бы ни устала, но спать не могла.

И еще то, что Медный рядом. Вон там, за чуть приоткрытой дверью. Он лежит тихо, я не слышу его. И дело не в том, что я боюсь, что он ворвется ко мне. Совсем не боюсь.

Вдруг так очевидно становится – даже если ворвется, не испугаюсь. «Ты просто стала взрослой, Ири», - внутренний голос говорил с интонациями отца. Как я скучаю по нему! «Ты стала взрослой, тебе уже пора замуж.

Твоя драконья сущность просыпается, только и всего». И еще где-то на краю сознания едкая усмешка: «Завтра придет Черный, и ты разом забудешь эту дурь».

От мыслей о Черном снова бросало в дрожь.

Черный ведь просил моей руки у отца. Отец отказал. А теперь…

Дело не в чувствах, конечно. Дело во власти.

И не уснуть никак.

Если бы хоть я была в своих покоях, я могла бы заняться делами. И пусть большая часть забот лежала на плечах Майрона, мне приносили отчеты тоже. Я должна быть в курсе всех дел.

Майрон говорил, что мне не стоит утруждать себя, что он и сам справится, но я не могла отпустить это окончательно. Не теперь.

Устав ворочаться я встала, тихо подошла к двери, заглянув в узкий просвет. Медный лежал на диване, перекинув через спинку одну ногу – он все равно не умещался. Смотрел в потолок. Он даже не раздевался толком, только сапоги снял.

Когда я подошла к двери, Медный поднял голову. Услышал шаги? Видеть меня он не мог.