Пособие для адептки, или как влюбить ледяного дракона

Руки дракона на талии жгли каленым железом, и это выбивало из колеи. Не мог оставить островок пошире!

— А теперь попробуй восстановить все, как было, — предложил дракон, кивая на пустоту за моей спиной, недавно бывшую галереей. — Этот мой сон, но разрешаю тут похозяйничать.

Восстановить? Я неуверенно обернулась. Разверзнувшаяся передо мной пропасть, мягкий пушистый снег, хлопьями летящий с неба… Академия, такая незыблемая и настоящая, с торчащими из стены каменными зубьями обломков — там, где еще недавно была галерея.

Это все иллюзия. И я могу ей управлять…

Что там говорил дракон перед тем, как усыпил меня? Нужно вспомнить про торт?

Торт сейчас вспоминался плохо, а вот его портки почему-то лучше. Закрыв глаза, я вызвала в памяти то, как сильно нервничала, что женское студенческое сообщество выживет меня из академии. Как сильно мне были нужны портки, просто жизненно необходимы…

А теперь мне жизненно необходима галерея. Потому что я хочу отойти от придерживающего меня за талию дракона.

Необходимы твердые камни под ногами, крыша, застекленные окна. Теплый свет магических шаров под потолком, рассеивающий холодные зимние сумерки.

Я так ясно представила себе этот свет, что даже будто бы почувствовала его на лице, на закрытых веках. И, не давая себе времени подумать, отпустила дракона и шагнула…

Каблуки туфель глухо стукнули о каменный пол. Открыв глаза, я выдохнула, поняв, что все это время не дышала. И неверящим взглядом уставилась на галерею, совершенно целую и даже освещенную магическими шарами.

Все, как я и представляла!

— У меня получилось! — обернувшись, я с восторгом уставилась на дракона. И обнаружила, что тот смотрит на меня, и на его лице написана еле заметная… улыбка? Он что, умеет улыбаться, а не ухмыляться и презрительно кривить губы? Это удивило чуть ли не больше собственного успеха.

— Получилось, — магистр Хео тут же посерьезнел. — А теперь ты потренируешься делать то, что может однажды спасти тебе жизнь.

Просыпаться, — пояснил он в ответ на мой заинтригованный взгляд. — Но для этого, боюсь, придется протащить тебя через самые жуткие кошмары твоего разума…

От этих слов улыбка медленно сползла с моего лица. Подняв руку, мужчина щелкнул пальцами.

Последнее, что я увидела, были его глаза — серые, холодные… И мир раскололся на части.

Темнота. Меня снова заперли в монастырском подвале за какую-то провинность? Я выдыхаю, стараясь успокоиться.