Сплетение нитей судьбы: Изумрудный

Мне не хотелось видеть малышку расстроенной по моей вине, но и как отвадить от себя этот нескончаемый поток страждущих особ, не знал. Да и не мог я с этим бороться, ведь причиной была моя магия. Приспособление для выживания представителя моего рода было заложено при рождении, оно являлось частью меня. При всем моем желании я не мог от этого избавиться и был вынужден причинять неудобства окружающим.

Как только Клара вышла из ванной, сразу начала меня игнорировать, что было не очень приятным. Эх, солнышко, что же ты со мной делаешь? Одновременно я понимал и принимал ее обиду, однако и пообещать не мог, что подобного впредь не повторится.

Когда темный задал мне вопрос, я поняла, что не смогу долго отмалчиваться. Однако, как выразить все свои чувства, что наполняют меня, да так, чтобы он понял, не знала.

Подойдя к сидящему на кровати мужчине, я остановилась напротив него. Глядя в уже родные глаза темного, понимала, что не посмею его упрекать и потребовать невозможного. Харуна сделал и делает для меня и так слишком много.

Я не должна быть настолько эгоистичной и забывать, что он взрослый мужчина, со своим устоявшимся укладом жизни. Кто я такая, чтобы вносить свои коррективы и что-то требовать?!

Будучи в теле ребенка, я совсем забыла о потребностях и проблемах взрослых людей. Хорошо, что сейчас вспомнила и приняла. Если я не хочу потерять Харуну, то должна принимать темного таким, какой он есть, со всеми его недостатками. Я ведь взрослая девушка, так почему веду себя так капризно, словно избалованное любимым родителем дите?!

– Харуна, прости, что я такая эгоистка, – прошептала я, отведя взгляд от мужчины в сторону окна.

– Нет, ты хорошая, Клара, – взяв меня за руки, возразил он, качая головой. – Волнуешься о чувствах других больше, чем о собственных.

– Нет. Еще какая эгоистка! Ты прав, я приревновала тебя к этой… темной! Признаю, что не должна себя так вести. То, что ты мой опекун, еще не значит, что ты должен менять своей устоявшийся уклад жизни. Ты не должен меняться ради меня. Я это понимаю, однако все равно злюсь! – призналась я, посмотрев на него сквозь злые слезы, застывшие в моих глазах.

– Злюсь, когда тебя провожают взглядами эти похотливые женщины! Злюсь, когда они без стыда виснут на тебе, а ты позволяешь им это делать! Мне хоть еще и одиннадцать лет, но я все понимаю, Харуна. Понимаю, но все равно злюсь… на себя за это. Ты для меня как старший брат, как отец. Моя чрезмерная реакция на неправильные чувства делает меня истеричкой и хамкой.