Сплетение нитей судьбы: Изумрудный

Но я все же надеюсь, что ты меня не прогонишь. Потому что я не знаю, как мне жить без тебя. Ведь ты часть моей жизни. Главная часть, к которой я так долго шел, но пришел слишком поздно.

Его раскаяние и искренность тронули меня. Он никогда не врал мне, да умалчивал, но не врал. И это я глупая, накрутила себя из-за ничего. Ведь я же на самом деле не глупый ребенок, но почему так наивно повелась?! В чем-то есть и вина темного, но за произошедшее со мной в переулке лишь моя. Я сама виновата в случившемся.

Распрямив ноги, я написала на бумаге свой ответ и подползла к нему, тыча тетрадью в спину.

Обернувшись, темный опустил глаза на написанное и прочитал вслух:

– Я не злюсь на тебя и прощаю за недосказанность, Харуна.

Он поднял на меня свои печальные глаза и переспросил, чуть запинаясь:

– Правда не злишься? И… не боишься меня?

В ответ я покачала головой и слегка улыбнулась. Темный полностью повернулся ко мне и притянул мое тельце к себе на колени. Крепко обнимая меня, он прошептал мне в затылок:

– Ты очень добрая, Клара.

Мне с тобой очень повезло. Однако я все равно чувствую себя паршиво. Но обещаю, что никогда не забуду этот случай и впредь постараюсь не допускать подобного.

Так мы помирились с моим темным и вроде все выяснили, однако это был далеко не конец истории. В ту же ночь мое тело скрутили болезненные судороги, боль от которых распространилась вдоль всего позвоночника. Харуна, а именно он сегодня ночевал со мной, схватил меня за плечи и пытался разбудить, но я не могла открыть глаз и полностью пробудиться.

Меня будто подхватила и закрутила вихревая воронка, что все больше и больше утягивала на дно. Голос Харуны становился таким далеким, пока полностью не исчез, а мое сознание не растворилось в пучине боли и страха.

Не знаю, сколько прошло времени, но постепенно сознание и чувства стали возвращаться. Боль прошла, но возникло чувство давления. Создавалось впечатление, будто я нахожусь глубоко под водой. До меня доносились какие-то непонятные сторонние звуки, но смысл их понять не удавалось.

Однако так продолжалось недолго. В какой-то момент я словно «вынырнула» на поверхность и резко открыла глаза. Кругом было темно, однако на периферии горели подсвечники и разбавляли ночную мглу. Рядом со мной суетились взволнованные Харуна, Вольдемар и Кароль.

Сделав глубокий вдох, я выдохнула и села в своей постели, понимая, что, как и прежде нахожусь в своей комнате. Нашарив рукой ручку и тетрадь, написала им взволнованно.