Привет, котёнок

—Как ты, Маринетт? — Подсаживаясь рядом, обеспокоенно спросил он.

—Всё в порядке, Адриан. Прости, что заставила беспокоиться. — Она смущённо покраснела.

—Ты не должна извиняться. —Тут же нервно затараторил он, выставляя руки вперёд. —Ты в этом точно не виновата. Но что с тобой случилось? Где ты была? Как Ледибаг спасла тебя?

Вопросы из Адриана сыпались, как из рога изобилия, но на них девушка лишь качала головой.

—Прости, я мало что помню. — Единственное, что сказала она ему, прикрывая его рот своей хрупкой ладошкой.

От Адриана не укрылось, что девушка недовольно поморщилась от града его вопросов. Но он лишь хотел подольше оставаться рядом с ней, знать, что она жива, слушать её голос.

Ему безумно хотелось тронуть девушку за руку, прикоснуться мимолётно, но он так и не смог на это осмелиться.

—Прости, Маринетт. — Пристыженно покаялся он. На что она хихикнула.

— Тебе только кошачьих ушек не хватает. — Пояснила она свой смех. Адриан нервно засмеялся. Под внимательным взглядом подруги он стушевался.

Что-то не так? —А ты как себя чувствуешь? Выглядишь болезненно.

—Ничего страшного, просто немного простудился. — Соврал Адриан, тоня в её голубых омутах.

***

Вечер, проведённый с родителями, и ночь за разговорами с Альей помогли Маринетт взбодриться. Однако следующий день ударил жестокой реальностью.

Как бы не хотелось Маринетт отдохнуть, но геройские долг больше не мог ждать. Она итак последние две недели свою ответственность спихивала на Алью. Они с Мастером решили никому не рассказывать о том, что теперь она не видит цветов.

А также ребром встал вопрос по поиску Бражника. Сколько ещё всякого он готов совершить ради получения талисманов? Нужно было как можно скорее отыскать его. У Мастера Фу был список тех, у кого теоретически мог бы оказаться талисман мотылька. Список тот был, надо сказать, не маленький, состоящий из более ста претендентов на роль злодея. Однако для всё этого нужно было время.

Новая акума, появившаяся на следующий день вечером, могла помочь с поисками.

Маринетт и раньше пыталась провернуть подобное, когда у неё оставалось время до трансформации и до личной жизни, пытаясь проследить на очищенной бабочкой. Однако же дела в реальной жизни почти всегда не позволяли серьёзно озаботиться этим. Что ж, теперь придётся заняться подобными делами всерьёз.

Вечером, отговорившись тем, что устала, Маринетт поднялась в свою комнату. Уговорить Алью было самым сложным.