Привет, котёнок

А у неё есть опыт в погоне за акумами!

—Да я и сам не понял как все это вышло! — Вцепившись в волосы, Адриан чуть ли не стонал от отчаяния, что сковал его. — Она назвала наш поцелуй страшным недоразумением, представляешь?

—Тебя только это смущает? — Засмеялся друг, закидывая себе в рот виноградину с тарелки друга. И уже серьёзно: — Ты же уже в кого-то влюблен несколько лет, разве нет?

—Да… — Скрипя зубами, признался Адриан. — Но… Маринетт… Она такая… Такая прекрасная, чудесная, милая. Она тоже мне нравится, но наверное, не так, как другая.

—Послушай, если бы Маринетт призналась тебе в любви, ты бы ответил взаимностью или отверг бы её? — Нино сложил руки перед собой в замок, внимательно следя за реакцией Адриана.

—Что? — Взлохматив волосы привычным жестом, Адриан нервно заходил по своей комнате. — Она уже в кого-то влюблена и собирается скоро признаться ему в любви.

—А то, что это можешь быть ты, это ты не рассматриваешь? — Раздражённо бросил Нино, сверля взглядом Агреста.

Адриан замер от этих слов, его дыхание перехватило, а сердце радостно забилось.

—Конечно, нет! — Эмоционально взмахнул руками блондин.

—Тогда слушай. — Угрожающе припечатал Нино, даря ему знакомый взгляд, которым сегодня его одаривала Алья. — Не морочь Маринетт голову! Иначе Алья тебя порвёт. Знал бы ты, что я вчера от неё про тебя услышал. А ведь до этого она отзывалась о тебе только положительно! — Нино вздохнул, прикрывая глаза. — Люби и дальше, кого ты там любил, если не хочешь разбить сердце нашей Маринетт.

Адриан тяжело вздохнул, не часто его лучший друг разговаривал с ним таким тоном. Но он был прав. Маринетт — его подруга, не стоит портить дружбу с таким прекрасным человеком.

—Возможно, ты и прав. — Прошептал Агрест, прикладываясь щекой к окну, но от этих слов его сердце сжалось, не желая признавать сказанные слова.***Маринетт вела с ним как ни в чем не бывало, поэтому и Адриан, взяв её тактику, вёл себя так же.

Но он очень уж часто ему вспоминались мягкие губы подруги на его губах. В такие секунды он прикасался к своим губам и замирал. На его лице появлялась мечтательная улыбка, а сам он ещё долго смотрел в пустоту, пока его не откликал Нино.

Он вообще стал чаще наблюдать на Маринетт: как она спит позади него, что рисует, о чем перешептывается с Альей. Он везде и всегда сразу пытался найти её взглядом, а когда находил успокаивался. Она словно стала его наваждением.