Привет, котёнок

― Ты можешь вернуть её? ― Серьёзно спросил Кот Нуар, с надеждой глядя на квами, в глазах которого стояли непролитые слёзы.

― Н-нет. ― Всхлипнул тот. ― Я использовал все силы и не смогу отменить трансформацию.

― Ты знаешь, где прячется акума? ― Тут же нашёл другое решение Нуар. Квами вздрогнул.

—Бабочки нет. Она сама стала ею... Она и есть само воплощение акумы. ― Кот Нуар в ужасе посмотрел в небо, где Маринетт играючи противостояла героям. Можно ли освободить её классическим методом? Что им вообще теперь делать: нужно ли сломить ее или очистить? Чтобы её остановить, нужно её убить? Использовать на ней катаклизм? Нет, он не готов к подобному.

Должно быть другое решение. Ледибаг бы точно нашла решение. Но где она сейчас? Почему не появляется даже сейчас? Раздала талисманы и пропала? Неужели и с ней что-то случилось?

Рена Руж обеспокоенно приземлилась рядом с Котом Нуаром, держа в руках шкатулку, где должны хранится талисманы с квами. Она была той, кто не нападал на Маринетт, лишь внимательно наблюдал. Кот, заметив в её руках шкатулку, задался вопросом, не Рена ли раздала все эти талисманы?

Оглядываясь, Лисица замечает рядом с Нуаром Габриэля Агреста, но не придаёт этому какого-либо значения.

—Ледибаг не с тобой? ― Питает толику надежды Нуар.

Героиня отводит взгляд в сторону акуматизированной Маринетт. Этот жест говорит о многом.

― Она не придёт.

—Не может быть. Мы обречены. ― Агрест-старший хватается за голову, буквально срывая волосы. ― Что же я натворил? ― Не смог спасти жену, чуть не убил сына, погубил его возлюбленную и Париж.

А Адриан понимает, что это не его отец натворил всё это, а он сам. Ушёл, не обернулся, не помог, не заметил. Не выслушал Ледибаг, не смог спасти Маринетт.

***

В тот момент, когда она трансформировалась, Маринетт перестала сопротивляться. Всё, что она делала всё это время — это заботилась о городе, о своих друзьях, семье, мечте, талисманах школьной и личной жизни. Но не о своих чувствах. Почему бы теперь не отдаться им?

Давление и неудачи, которые у неё бывали, приносили боль, что она сдерживала в себе, не решаясь отпустить.

Всё всегда оставалось внутри. Но почему бы теперь ей не выплеснуть эти чувства, не позволяя им и дальше убивать её?

Чего хочет её сердце больше всего на свете? Не чувствовать, не волноваться, не беспокоится. Не чувствовать ту боль в груди, что всегда преследует её, когда она всем врёт.

А ещё уничтожить то, что заставило её страдать. Что же это? Оглядывая мир с высоты, Маринетт замечает героев.