Неравный брак

— А не жестоко вы так с ним поступили?

— Без официала, — отмахнулась она, проходя мимо дамской комнаты и сворачивая в соседний коридор. — Будет в следующий раз думать, как на поводу отца идти. Раз согласился следить, так пусть следит, а не дает из себя веревки вить.

— Куда мы идем?

— Тут должна быть комната с балконом, — сказала Наташа.

— Следующая дверь.

— Вот, а я бы мимо прошла.

Комната была небольшой. В не стояли музыкальные инструменты. Во время хорошей погоды балы устраивались со стороны парка. Тогда музыканты выходили на балкон и играли с него.

Наташа подошла к дверям балкона. Открыла их и вышла на балкон. Я решила последовать за ней. Ас тут же окутал молочный туман. Наташа оперлась об перила. Вдохнула сырой воздух.

— Как же мне не нравятся эти узкие платья и душные помещения! — сказала она. — Но правила приличия никто не отменял. Ульян, я могу рассчитывать на твое молчание?

— Смотря на какую тему.

— Мне надо встретиться с одним человеком и чтоб об этом никто не знал.

— Любовное свидание?

— Деловое, — ответила Наташа, подтягиваясь и садясь на перила.

— Осторожнее!

— Не бойся. Не упаду, — болтая ногами, сказала Наташа. — А ты из местных?

— Да, но долго в поместье жила у родителей.

— У вас довольно строгие правила.

— Лишь для тех, кто хочет остаться в высших кругах. Если выйти замуж за мельника, то жизнь будет намного проще.

— А чем плохо жить с мельником или с охотником? — мечтательно спросила Наташа. — Лес, свобода и никакой ответственности. Не надо отвечать за вверенных тебе людей.

— Может в этом и нет ничего плохого, но... — я замялась. А ведь я даже не рассматривала такой вариант событий.

— Не хочется терять привычки с которыми родилась? Или не представляешь другой жизни?

— Родители меня готовили к одному исходу, а другие я даже не рассматривала.

— Ясно. Нас всех так учат, — сказала Наташа.

— Ты там с кем разговариваешь? — раздался мужской голос.

— Решила подругу взять на наше с тобой свидание, — насмешливо сказала Наташа.

Из комнаты к нам на балкон вышел Герман, который посмотрел на меня с легким удивлением, что сменилось тут же улыбкой.

— Хочешь ее заморозить? — спросил он.

— Мне не холодно, — поспешно сказала я.

— А потом заболеешь и опять пропадешь на несколько лет, — усмехнулся Герман, снимая сюртук и накидывая мне его на плечи.

— Ты чего хотел? — спросила Наташа.

— Мы уперлись в переговорах.

— А кто в этом виноват? Твой сын.

— Я не отрицаю его вину. Но предлагаю...