Неравный брак

— Нет, я действительно рад, что встретил вас сегодня. А то бы точно увлекся и насадил эту заносчивую псину на шпагу, — сказал Герман, заказывая бокал с соком.

— И часто у вас так заканчиваются встречи? — осторожно спросила я скорее, чтоб поддержать разговор.

— Постоянно. Мы с ним два дурака и не можем друг друга не поддеть. В суде еще удавалось сдерживаться, но на выходе все же сорвались.

— У вас прям настоящая война, — сказала Лиза.

— У нас с ним хорошая соседская война за дорогу, которая идет в горы. Волхи с чего-то решили, что имеют право требовать с нас плату за проезд по этой дороге.

— А кому она принадлежит? — спросила я.

— До подъема нам, потом по кромке леса им, а дальше от реки опять нам. В этом и кроется причина конфликта, — ответил Герман. — У нас там часто стычки происходит. Я решил, что пора эту дорогу признать за холодными кланами.

— Но суд — это не повод отменять драку? — спросила я.

— Хорошую драку может заменить лишь одно, — Герман отвлекся, чтоб налить в сок чего-то из фляжки, которая лежала у него в кармане.

Красная жидкость тут же оставила мутный сок в желтом яблочном соке.

— И что же это? — спросила я, отводя взгляд от бокала. Даже сама решила отпить чаю, чтоб скрыть растерянность.

— Красивая женщина, что же еще, — хмыкнул Герман и тут же улыбнулся. Я заметила, как у него удлинились клыки. Герман сделал глоток. Посмотрел на меня. В его глазах мелькнули красноватые огоньки.

— Лиза, хотите посмотреть местные лавки? Тут можно много интересных вещей купить, — предложил барон Жиль.

— Ульяна?

— Я тебя здесь подожду, — сказала я Лизе. — Иди.

И опять же правила приличия нарушены. Тут народу тьма. Можно и попить чаю в компании Германа, который теперь меня откровенно пугал.

— Я думал, что ты сейчас сбежишь с сестрой, — сказал Герман, когда мы с ним остались одни за столиком.

— А мы так близко знакомы, что оставили правила приличия? — одернула я его.

— Брось, — делая еще глоток сока, сказал Герман. Прямо посмотрел на меня. Его взгляд. С ним что-то было не так.

Огоньки красного цвета то вспыхивали, то вновь гасли. — Когда наедине, то зачем нам держать друг друга на таком расстоянии? Или ты боишься?

— Ничего я не боюсь, но не люблю нарушать правила.

— Да ну? — его брови изогнулись в неискреннем недоверие. — Мне показалось иначе.

— Именно, что показалось.

— В любом случае, я люблю игнорировать правила, — сказал он, продолжая смотреть на меня. Мне же было плохо от этого взгляда. В нем было слишком много неестественного.