Лучшая таверна в округе

- Тебе стоит отдохнуть, Мила, - заботливо заявил натуралист. - Следующая неделя обещает быть тяжелой.

Мужчина практически выпроводил меня из кабинета, выходя за мной следом. На пороге я осторожно выпуталась из его рук и обернулась.

- Джеси, - прошептала я, словно бы боялась, что нас услышат. - Я хочу поблагодарить тебя. Ты...

- Не надо меня пока благодарить, - остановил меня натуралист. Скромная улыбка, мелькнувшая на его губах, была чем-то непривычным и милым. - Мы еще не выпутали тебя из этой истории. Как только все закончится, тогда и скажешь мне «спасибо».

- И все же. Если бы не отсрочка... Не знаю, чтобы делала.

- Мы бы что-нибудь все равно придумали, - пожал плечами Джеси.

Зная, что натуралист рядом, я чувствовала себя спокойнее. Казалось, ему по плечу справится с любой проблемой, и это заставляло ощущать себя скрытой от всех бед.

Поколебавшись, я сделала к нему шаг и подарила еле уловимый поцелуй в щеку. Прикосновение губ к его гладкой коже высекла искру, разбежавшейся по телу мурашками.

Натуралист заметно вздрогнул и напрягся всем телом. Его взгляд изменился, став растерянным, а пальцы невольно прикоснулись к месту, на котором запечатлелся поцелуй.

- Спокойной ночи, Джеси, - пожелала я.

Натуралист ничего не ответил, словно бы разом забыл все слова.

Я повернулась и направилась к своей спальне, но уснуть так и не получилось. Все мои мысли полностью занял Джеси и его взгляд после поцелуя в щеку.

***

Встав рано утром, не поспав и пары часов, я принялась готовиться к приему барона Галуна.

Я же ходила по таверне и поправляла мелочи, за которые цеплялся глаз: пыль на камине, щепка от дров, которые принесли с улицы, криво стоящий стол. Это помогало привести мысли в порядок и успокоиться.

Тишина таверны давила. Комнаты для гостей были пустыми, не считая той, где поселился Джеси. Работники спали. Разве что пекарь месил тесто для булочек и хлеба.

Оставалось не так много до приезда важного гостя. При мысли, что могу не справиться с приемом столь богатого человека, меня охватил мандраж. Ивва строила такое красноречивое лицо, когда рассказывала о бароне, что я теперь терялась в догадках, какие сюрпризы преподнесёт его приезд.

И все же я была настроена решительно. По собственной глупости подписала договор, значит, теперь надо выкрутиться и оставить себя незапятнанной.