За Бессмертного замолвите слово

Беспомощность сознанье охватило, как у той ничтожной мухи в сетке паука. Он был готов от ужаса кричать, как всё вокруг вдруг погрузилось во мрак. Страх отступил, оставив холодный пот на коже. И где-то за стеною темноты гремело что-то и рычало, под свист испуганных коней.

Шептала темнота, похожая на шорох листьев или шуршанье под половицей серой мыши: «Василь, ты цел?» И сам не зная почему он прохрипел в ответ:

— В порядке.

Говорящая тьма погасла столь резко, что причинила боль. Нежданный свет от фонаря на некоторое время ослепил его и зрения лишил.

Когда он разлепил глаза и стал способен хоть что-то разглядеть, увидел странную картину. Щукарь лежал распластан на полу в проходе, не подавая признаков, что свойственны живым. Над ним стоял какой-то волхв в хитоне белом с орнаментом защитных знаков по его краю. От всей его фигуры веяло уверенностью в своих силах, что свойственно людям облаченных властью. Посохом волхв грудь нечисти проткнул, чем к полу пригвоздил.

— Ты как? — спросил Богдан.

Василь вздрогнул и резко обернулся.

Каким-то необъяснимым Василю макаром друг оказался за спиной, поддерживая его плечи. Василь нахмурился и понял для себя, что многое из происходящего в конюшне не отложилось в памяти его. Вплоть до того, что не способен с точностью сказать, как долго валялся на полу и не терял ли он сознанье. Он ощупал рёбра и сделал заключенье, что хоть они и ныли, но были целы. Богдан помог ему на ноги встать.

— Вы кто такие? — грозно волхв спросил и с хлипким звуком вынул посох из тела Щукаря.

Посох тот твореньем странным был. На голову он возвышался над волхвом, ствол древа красного рунами испещрён, а самую его вершину украшал шар, светившийся огнём.

— Отец, — сказал Василь, чем подчеркнул своё почтенье. — Я Василёк, сын князя Звенко из Речного Звенигорода. А это друг и названный мой брат Богдан.

— Угум, — задумчиво заметил тот.

В конюшни запоздало ворвались те, кто за помещенье отвечал. И вот же чудо из чудес! Плащ волхва, что мгновение назад по полу расстилался, в миг взвился, как живой, закрыв обзор от нежелательных свидетельств.

— Пшли прочь! — волхв вскричал и стукнул посохом по полу, для подтвержденья слов.

Вбежавшие поспешно скрылись с глаз. Волхв в оправдание за грубость проворчал:

— Не стоит простой люд пугать и множить слухи, — волхв вновь обратил на них свой взор, сурово глядя из-под кустистых бровей: — И кто из вас колдун?

— Колдун? — переспросил Василь, едва не подавившись этим словом. — Ни я, ни он уж точно заверяю.