За Бессмертного замолвите слово

Поэтому она недовольно выхватила свою обувку и выразительно посмотрела на его руку, что удерживала её запястье:

— Отпусти, — сквозь зубы процедила Мира.

На удивление, он быстро выполнил её указание. Какое-то время они оба молчали. Под неотступным взглядом незнакомца Мира рассматривала красный мох, устилавший плотным ковром всю землю.

— Что это за лес? Куда ты меня притащил?

— Кровавый лес, — словно неохотно пояснил он.

Мира никогда о таком не слышала.

— Идём, давай поговорим об этом потом. Скоро стемнеет.

— Я не хочу никуда с тобой идти.

Он тяжело выдохнул и подхватил Миру на руки. Она тут же начала сопротивляться. Незнакомец не церемонился, просто перекинул её через плечо, свесив вниз головой, и продолжил путь через лес. Мира сопротивлялась, грозила всеми карами небесными, но он упорно продолжал двигаться вперед, пропуская её слова мимо ушей. Когда он вышел из Кровавого леса на каменистую дорогу, мужчина поставил её на ноги и потащил за собой.

Хотела она того или нет, но они поднимались по каменным ступеням, высеченных прямо в скале, на вершину, где возвышался непривычный для её взгляда огромный каменный дом.

Он казался загадочным и опасным в своем архитектурном величие. Дикие розы от красных до почти чёрных бутонов увивали серые стены, распространяя чарующий аромат. Заскрипела поднимаемая высокая кованная решётка ворот.

— Что это за место? — спросила Мира, когда они приостановились.

— Мой замок, — бросил незнакомец.

Он протащил её во двор, затем через широкие двери замка, которые распахнулись сами собой, встречая хозяина, через длинные и пустующие коридоры, освещенные факелами, отбрасывающими неровные блики на каменные стены.

Остановился у огромной двери с большой бронзовой ручкой, отворил её и запихнул Миру внутрь:

— Приди пока в себя. Мы всё обсудим чуть позже, мне надо кое-что подготовить, — словно извиняясь произнес он и захлопнул дверь.

Мира кинулась к двери. Стоило ли ожидать другого, чем того, что её заперли? Поколотив в массивную дверь некоторое время и понимая всю безнадежность сей затеи, она выдохнула и огляделась.

Таких дорогих покоев ей видеть не приходилось. Стены обиты блестящими тканями червонного цвета с золотыми узорами, на которых мерцали отблески от жарко пылающего открытого очага. Блики огня дрожали и танцевали по полу, отражались на лакированной резной мебели из красного дерева. Справа возвышалась широкая кровать с пуховыми перинами и подушками, укрывшаяся за высоким балдахином.