Подающая надежды

Он поднял взгляд, явно без надежды увидеть что-то хорошее, а потому, заметив очнувшуюся, уже более живую и, на вид, набравшуюся сил, младшую, парень вмиг расцвёл и практически озарил одной своей радостью на лице всё королевство.

— Хвала Будде, Доминусу Светомагу и Матери Ангельской Рьяне, с тобой всё хорошо! Ты не представляешь, как я испугался, антараи! — Счастливо воскликнул маг и, оставив принесённые с собой пакеты прямо на входе, подбежал к своей подопечной, увлекая её в крепкие объятия.

— Воу-воу, малыш! Мы знакомы полтора дня, с чего такие бурные эмоции о моём здравии?

Откуда-то справа от магички послышалось тихое посмеивание вперемешку с хриплым кашлем, заставившее и саму её легко усмехнуться, довольно прикрыв глаза, пока глаза напротив недовольно хмурились.

Чужие руки упёрлись в металлические ручки койки, что заставило насторожиться, напрячься всем телом, особенно, когда по всей руке, с которой привычно свисал не самый простой браслет, прошлась неслабая волна электрического тока, вызвав табун неприятных мурашек и взрыв острой боли. Сердце пропустило удар, к горлу подступила тошнота от пронизывающего душу страха.

«Чё-ё-ёрт, а вот это уже нехорошо! Очень, мать его, нехорошо! Оказывается, он действительно не их самых чистых побуждений со мной общается! Боже, как знала, а!»

Галицкая вмиг потеряла любые весёлые эмоции, как и краски на и без того бледном лице. Пальцы рук, обыденно впивающиеся в ладони в попытке успокоить чувства, мелко задрожали.

Мало того, что всё тело её пронзил ужас из-за поданного «украшением» сигнала об опасности Хата, так ещё и практически нестерпимую боль пришлось сдерживать, скрепя зубами и подавляя стоны, чтобы не выдать себя, что мышцы почти свело судорогой.

— Дома, чтоб твою маму благословили, что за слова?! Ты живое существо — это раз, я официально твой куратор — это два, ты по сути моя подопечная, за которую я несу ответственность — это три. Моя главная задача, как Пи’ и здравомыслящего мага — это переживать за тебя как с моральной, так и с профессиональной точки зрения, понимаешь?

Проглотив любые ощущения и мысли, Доминика быстро надела любимую маску саркастичности и, натянув реалистичную улыбку, ухмыльнулась:

— Ну, если на серьёзных щах учитывать все существенные факты, то я не то чтобы совсем живая, раз трупным ядом кидаюсь и с умершими, как с давними друзьями общаюсь, причём на постоянной основе.

А так, конечно, я тебя о-о-очень понимаю.