Подающая надежды

— Кто-то здесь обратит внимание на Превосходного?! Снимите уже с него эту чёртову Магию!

Она перевела сочувственный взгляд с забытого всеми Прасета, что уже раз десять успел смириться со своим наказанием и просто смотрел пустым взглядом на спинку школьного стула перед собой, отчего глаза его подружки наливались злостью. Правая рука парня покоилась на парте, а длинные пальцы почти невозмутимо барабанили по твёрдой поверхности, ожидая окончания этого многочисленного потока кричащих душ. Он не просил помощи, не ругался, не спорил.

Было понятно — Сет принял участь спокойно, что не могло не вызвать некоторого уважения в глазах петербурженки, потому что она сама на себе не раз ощущала то, насколько мерзкие и пугающие эти души и как тревожно находиться в том состоянии. Девушка предполагала, что этот нахал — обычный мажор, которому всё достаётся легко и при помощи лишь одного движения руки, просовывающим кому-то в карман связку купюр с немаленьким номиналом, но чему-то его, видимо, всё-таки научили.

— Пусть сначала извинится, — вновь приложив к шее подушечки пальцев, приказала Доминика.

— Он не будет перед тобой извиняться! — Возмущённо пропищала Цаойингмыд, вновь подскочив на месте.

Сет, было видно по его направляющемуся в сторону подруги взгляду, когда она вскакивала, невольно касаясь мага рукой, и рад бы был её угомонить, да только ничего не слышал и не видел, отчего даже не пытался что-либо предпринимать, не зная тему дискуссии. Несложно было догадаться, что этот темник даже не понимал, в какой момент и что она делает: мало ли, она просто случайно его задела, а тот начнёт успокаивать, говорить, чтобы прекратила пререкаться?

— И не нужно, — в ответ пожала плечами русская магичка, с лёгкой весёлостью наблюдая за глазами мага, недоумённо бегающими по едва заметному силуэту Бунси.

— Извиняться он должен перед госпожой учительницей, с которой вёл себя так по-хамски, что меня даже передёрнуло от неприязни и негодования.

— Йук тхот хаи пхом на кхрап, Пи’Фуенг, — без возражений или каких-либо раздумий сухо проговорил Маиботхад, только услышав слова «этой ненормальной», эхом разнёсшееся по всем стенкам мозга.

— Простите, вы не могли бы перевести? — Прошептала на ухо преподавательнице Ника, не имея ни единого представления о сути сказанных ужасным наглецом слов.

— Он с большим уважением сказал «простите меня», — подсказала та, чуть наклонившись к девочке из-за невеликой, но всё же разницы в росте.