Подающая надежды

Она, наконец, осознала, что её главный помощник в распознавании враждебных магов не сработал, хотя, казалось бы, её руку пару минут неслабо сжимали, с ней говорили точно искусственным голосом, настолько в нём отсутствовали любые эмоции. Но безошибочный браслет молчал.

«Могу ли я начать доверять тебе, дураку, раз браслет не дал реакции, которую я ожидала?.. — Пронеслось в голове с искренней верой в чистоту парня и нежелание причинять ей каких-либо увечий. — Насколько ты расположен на хорошие взаимоотношения, мистер чёрный индюк?»

С замершим сердцем дождавшись отклика Сета в виде самодовольной усмешки, магичка всё же высвободила свою руку и расслабленно двинулась к выходу, на пороге ожидаемо столкнувшись со своим куратором, что выглядел весьма обеспокоенно и словно бежал до младшей три километра.

— Ты как, антараи? Он тебя не обидел? — Неровно дыша, тревожно вопросился Хат, оглядев Нику с головы до ног.

— Эй, Хат-и! Я сама кого хочешь обижу! — Возмутилась та в ответ, горделиво выпятив грудь. — И Парест в этом не так давно убедился на личном опыте.

Позади себя она услышала ироничный смешок, а через пару секунд, слегка задев темничку локтём в плечо и бросив ненавязчивое «я всё ещё Прасет», его источник прямой уверенной походкой покинул кабинет, закрывая за собой дверь и оставляя пару наедине.

— Уже наслышан, — хмуро бросил полусветляк, проводив Сета взглядом. — Повезло тебе, что Нонг’Прасет не из тех, кто любит жаловаться отцу или самостоятельно жестоко расправляться с обидчиками, иначе я даже не знаю, что могло бы стать с тобой и школой после вашей перепалки!

— А, так он действительно такой хорошенький? Я уж успела подумать, что это я его мозг немного травмировала своим поведением, ну или Магией, вот он и не сделал ничего! Но в любом случае не повезло бы именно ему — и, возможно, его школе — если бы он решил что-то предпринять, так что можешь не волноваться.

«Ух, оказывается, Корн не врал, когда о "добром и весёлом Сете" говорил! А я думала, он это из страха получить по шапке от Тхирасака тогда твердил!»

— Я рад, антараи.

И буду счастлив дальше, если ты не пострадаешь, пока будешь кусаться с ним. Но, прошу тебя, не надо злоупотреблять его бездействием! Уступай дорогу разъярённому слону, как твердит тайская пословица, иначе однажды это может плохо для тебя обернуться!

«Не может. Не слушай его. Он ничего не знает обо мне, чтобы говорить такое», — неожиданно прозвучал в голове грубый, словно бы оскорблённый безжалостной клеветой мужской бас.