Герр Маннелинг

В солнечных лучах, проходящих сквозь открытые окна, летали мельчайшие белые пылинки. В центре помещения находились два больших плоских и круглых гранитных камня, один поверх другого. Нижний лежал неподвижно, верхний вращался вокруг своей оси. Конструкцию из монолитов окружал фартук из ярко-рыжей меди, в одном месте бортик фартука был сложен воронкой, из которой в подставленный мешок бежала струйка тончайшей муки. Хелгару стало интересно, как зерно попадает под жернова. Присмотревшись, он увидел, что зерно из деревянного рукава, свисающего с потолка, понемногу сыпется прямо в отверстие в верхнем камне.

Также он увидел лестницу на второй этаж, а в потолке люк со свисавшей из него веревкой.

Берта стояла у одного из окон и, слегка похлопывая одной ладонью о другую, напевала. Ее изумрудное платье переливалось всеми оттенками зелени, а золотая вышивка горела огнем, отражая солнечные лучи. Заметив, что рыцарь смотрит на нее, она повысила голос, и Хелгар услышал слова.

Двенадцать мельниц я отдам меж Тилло и Терно,Их жернова из меди.

Колёса день и ночь стучат, сверкая серебром,Их лучше нет на свете.

Допев куплет, Берта с силой хлопнула в ладоши, и Хелгар проснулся. Моментальный переход ото сна к яви - и Хелгар осознал себя в собственной спальне. По спине сбегали струйки пота, голова шла кругом. Чтобы прийти в себя, молодой человек прошел к окну, вынул ставню, затянутую выскобленным бычьим пузырем, и глубоко вдохнул свежего утреннего воздуха. Солнце уже всходило, и ложиться обратно в кровать не было смысла, да возвращаться в колдовской сон ему не хотелось.

Не вызывая Джерта, Хелгар оделся и вышел во двор, там он умылся из бочки с дождевой водой и принялся упражняться с мечом. Сначала приходилось пересиливать себя, тело отказывалось повиноваться, казалось, что для совершения каждого движения приходится преодолевать сопротивление сильного встречного ветра. Но постепенно мысли улетучились, а взмахи, выпады, переходы из стойки в стойку стали проходить нормально, с рук и ног спали невидимые оковы. Глаза стал заливать пот, но это был правильный пот – рабочий, он свидетельствовал о хорошо проделанной работе, а не о липком страхе ночных волнений.

- Это похвально, что ты упражняешься с оружием, но сейчас время для утренней службы. - На двор вышел дядя, и, похоже, он некоторое время наблюдал за тренировкой. – Хелгар, предлагаю тебе после мессы провести несколько учебных боев – это будет полезно нам обоим.

- Конечно, дядя.