Царевны. Хранитель дождя

Ты же всё это знаешь! Тогда отчего моя дочь родилась драконицей, а не одной из пятнадцати рас Цетурианы?

— Церцея, я как раз пытался найти ответ на этот вопрос в древних книгах, — ответил Горан, вздыхая.

— И что же ты нашел?

— Попытаюсь объяснить. Но ты должна успокоиться прежде всего. Твое нервное состояние может отразиться на ребенке.

— Мне не нужна дочь — копия Сумрачного, только с голубыми волосами! Я не понимаю, как Аргон это умудрился сделать, что я родила дракона? Цетурианцы никогда не примут царевну атурию – драконицу! Они проклянут меня и мою дочь!

— Не думаю, что будут проклинать.

Но я нашел только одно объяснение всему этому. Аргон скорее всего употреблял какие-то сильные настойки для лучшего зачатья. Я знаю что у драконовых есть такие средства, которые могут повлиять на развитие плода в чреве матери. Возможно ему как-то удалось привлечь в твое лоно душу дракона.

— Ужас… неужели это правда? — в неистовстве воскликнула царевна. — Если бы я только могла предположить подобное! Что Аргон сможет влиять на моего малыша в утробе.

Но я была уверена, что ребенок будет похож от Ратмира.

— Печально осознавать это всё, Церцея, — согласился Горан и опять горько вздохнул. — Но такова твоя участь, жены императора плененной планеты — терпеть и повиноваться.

— Я итак терплю уже год! А теперь еще и дочь похожая на ненавистного захватчика и убийцу моих родителей! Я этого не перенесу.

— Должна перенести.

— Но это так больно осознавать, просто невыносимо! Дитя, которое я так ждала, не похоже на моего возлюбленного Ратмира.

— Я сочувствую тебе, Церцея. Но ты должна утешиться одним — твоя дочь родилась шестипалой!

— И как это может меня утешить? — поморщилась молодая женщина.

— Значит в ней есть частица и цетурианских рас. Ведь только на Цетуриане иногда рождаются шестипалые младенцы. Пришельцы все пятипалые. Мизгири их вообще имеют только четыре пальца.

— Это слабое утешение, Горан. И я очень расстроена всем этим. Как мне жить дальше с дочерью — драконом? Это ужасно…

Ланиор вошел в покои императора, когда Сумрачный злобно кричал на лекаря, прибывшего несколько дней назад из Туманной империи.

— Пошел вон, тупоголовый болван!

— Но ваше Громоподобие, — заблеял лекарь. — Я не ведаю, что эта за странная болезнь, вы должны понять меня. Вам надо обратиться к местным знахарям.

— Убирайся! — процедил Аргон, и кинул в лекаря — вильмара подушку.

Видя, что император уже в бешенстве, лекарь извиняясь пролепетал:

— Я зайду попозже, Властитель.