Царевны. Хранитель дождя

Чуть ранее, оставшись одна в своей спальне, после трапезы, Лисия, как и все три предыдущие вечера на постоялых дворах, сполоснулась в корыте, и надев ночную длинную рубашку, забралась в постель. Накрывшись до подбородка одеялом, она несчастно вздыхала и мучительно смотрела в окно, где на небе сияли две луны и думала, что ее жизнь кончена и навсегда загублена.

Каждый вечер, после того, как она уехала из Белгримора, она ожидала, что этот похотливый Карон придет в ее спальню, и попытается овладеть ей. Она знала от своего прислужника турмина, что Обсидиановый дракон каждый вечер на постоялых дворах обязательно требовал себе на ночь какую-нибудь местную девку и развлекался с ней.

Сегодня же днем Карон напугал Лисию, сказав, что придет на ночь к ней.

Именно поэтому она не могла уснуть и боялась его прихода. Вид розоватой и голубой лун на звездном небе немного умиротворяло ее, и она пыталась успокоиться, внушая себе, что Карон не придет и это только ее страхи.

Лисия прикрыла глаза и начала представлять Белый град, дворец Атурий, сад Вечности, где раньше было так весело.

Много диковинных птиц, солнечные лучи окутывали деревья и струи водопада шумели неподалеку. Сестры-царевны, играющие в салки. Улыбающаяся матушка, сидящая на ажурной белой скамье у цветущих лиан и перебирающая пахучие цветы тонкими пальцами. Представляя эти радужные картины прошлого, Лисия пыталась успокоится и наконец заснуть.

Неожиданно ей послышался какой-то шорох.

Она невольно открыла глаза и ее сердце ушло в пятки, от вмиг обуявшего ее страха.

У кровати возвышались две большие тени. Лисия резко села на кровати, и даже не успела вскрикнуть, как ее схватили и быстро затолкали что-то в рот. Ей на голову упала какая-то тряпка. Она затрепыхалась в чьи-то руках. В следующий миг ее подняли и куда-то потащили.

— Осторожнее, — раздалось рядом с нею. Похитители говорили на цетурианском языке. — Не урони ее!

Лисия мычала, но ни один громкий звук не мог вырваться из ее завязанного рта. А еще ее безумно мучало то, что на ее голове надет мешок.

Она боялась замкнутых пространств, потому тканевый капкан на голове и на ее теле, вызывал у нее животный дикий страх. Она брыкалась и сопротивлялась, но все было напрасно.

В ту минуту, когда она ощутила, что ее спускают куда-то вниз, Лисия от ужаса происходящего потеряла сознание.

Пришла в себя Лисия чуть позже, и ощутила, что мешка на голове нет, рот ее свободен, и только глаза закрывает некая повязка.