Оборотни и документооборот, и Даша

— А ты? Ты ведьма всего пару дней. У меня есть артефакт.

— А мои мысли не прочитать, — успокоила оборотницу. — Верно же, Бали?

Пес кивнул и вывалил язык.

— Ага, там какая-то старуха в твой голове бегает и верещит. До сих пор ничего не понимаю.

Мыслеобраз удался. Иногда я очень творческая личность.

Как настоящий джентльмен, Лайон вышел из кареты, не экипажа, и открыл передо мной и Кейт дверь, помогая нам зайти. Все это передвижное великолепие выглядело очень претенциозно. Снаружи украшено лепниной и гербом семьи с изображением льва, конечно же, внутри обито бархатом и кожей.

Сразу видно — олигархи местного разлива. Хорошо, что я с детства жила в центре, наблюдая за тем, как чиновники городской думы заселяют сталинки на Тверской улице, а еще хорошо, что дед был красноармейцем, гонявшим немцев по Берлину. Не впечатляли меня демонстрация показной щедрости и должности.

Всем было неуютно. Точнее, молодая оборотница прижималась ко мне, будто перед кабинетом стоматолога, Энтони де Руан мрачно взирал на меня и девушку, а Бали напрягал челюсть, но, слава единорожкам, голоса не подавал.

Спокойствие излучал один де Лиев. Вот он, страстный аристократичный темперамент, — горяч, как морозильник.

В полном молчании мы подъехали к неизвестному мне месту. Да меня по всему городу вози, я вообще не ориентируюсь. Топографический кретинизм с лихвой покрывал все мои экономические способности.

— Ресторан «Бельведер», — прочитала я.

К счастью, попаданство было полным, с погружением, так сказать. То есть речь и письменность местных жителей я понимала без труда.

— Даша, это самое модное заведение в Гроунвуде. Эксклюзивное! — прошептала Кейт. — Я боюсь.

— Чего? — недоумевала я. Подумаешь, ну сводят нас мужчины в злачную забегаловку.

— А вдруг они решат, что мы им чем-то будем обязаны? — пояснила свою неуверенность молодая де Эттвуд.

— О, расслабься, — успокоила я девушку. — Если они что-то подобное решат, я познакомлю их со значением слова «динамо».

— А оно что значит? — спросила Кейт.

Мое ты милое дитя лета.

Какие в этом мире десы неискушенные. Это же прекрасно, значит, и мужик наивный и непуганый. С такими вести дела значительно приятнее.

В беседу сразу влез Бали.

— Ничего хорошего «динамо» не значит. Была у меня одна лайка...

— Так, дорогой, не сейчас, — оборвала я фамильяра.

Не время и не место травить байки. Нас сейчас конкуренты обрабатывать начнут.

Мужчины проводили нас внутрь, а встречающий официант разместил всю компанию в отдельной кабинке.