Оборотни и документооборот, и Даша

Даша, ты совсем глупая. Это у девушек пубертатный возраст и взросление проходят в тринадцать-шестнадцать лет, а у мальчишек процесс затягивается. Гормоны шалят в совсем юном возрасте, а вот чувство собственного превосходства приходит позже. Может, поэтому Оррин вечно бычится.

Парень кивнул, вздохнул, только что не крякнул, но все же повел меня к дому названного мага. Уже через несколько минут мы достигли искомого адреса. Колтон, как и Эдриан, жил и работал в неприметном запущенном здании.

Стальная дверь была распахнута.

Войдя внутрь, я обнаружила лестницу с указателями. Прочитав и найдя нужное, поднялась на второй этаж.

— Колтон Вортингтон! — стучалась несколько раз, прикладывая силу. — Откройте!

Не с первой попытки защелки отворились, и навстречу мне вышел взъерошенный дородный мужичок, явно страдающий с похмелья.

— Это я. А вы кто? — он не затруднял себя правилами этикета.

Тем лучше. Все эти церемонии успели меня выбесить.

Пройдя внутрь, перестала дышать носом. Судя по всему, десай тяжел на подъем, но легок на падения.

Амбре, носившееся по всем комнатам, просто гнало всех посетителей наружу.

— Меня зовут Дарина, — подобрала юбку выданного мне платья. — Вы оставляли сообщение для владельца фабрики.

— Вы не владелец фабрики, — сузил тот недоверчиво глаза.

— А вы не мужчина, — поморщилась я. — Кто встречает барышню в подобном антураже? — обвела рукой его квартиру.

Не могу сказать, что здесь очень грязно, но хозяин комнат явно топил проблемы в вине или праздновал счастливое событие. Правда, обстановка к оптимизму не располагала.

— Так, я вас не звал, — ответил он без обиняков.

Туше. Меня никто не ждет, я, как смерть, врываюсь внезапно.

— Но сообщение оставили.

— Позвольте, — он поправил края несвежей рубашки и некрасиво икнул, — вы должны были оставить письмо редактору, а уж потом мы бы договорились.

— Примите душ, десай, — посоветовала ему, — я деловая деса. На переписку времени нет.

Что за город? Один взрывает, второй бухает. В Гроунвуде вообще есть маги, которые готовы противостоять тирании, но без вредных привычек?

Видимо, мой воинственный вид заставил Вортингтона шевелиться.

Он, оглядываясь, ушел вглубь квартиры и шумел там. Через некоторое время раздался звук льющейся воды.

— Потерпи, Бали, — обратилась я к ротвейлеру. — Думаю, он быстро.

— Не переживай, хозяйка, — высунул язык питомец. — Сколько я ваших ухажеров повидал. Всех дождался и никого не покусал.

— Возникало желание? — удивилась я.

— Это же незнакомцы, конечно.