Ассасины. Ее катализатор

Чем бы я занималась? Что бы могло вызывать бурление в моей крови и азарт? От чего бы мой мозг продолжал работать усиленно и не заржавел?

На эти вопросы у меня не было ответов.

Я оглянулась на Кейлира, и он понимающе и грустно улыбнулся.

– Это не мешает мне настаивать на втором свидании.

– Ваша сестра, наверняка, спит и видит, что его величество ей так же говорил.

– О, да. Она – влюбчивая дурочка.

– Вы только что назвали свою сестру сейчас дурочкой?

– Я думал, вам нравится честность. Да… и она правда не слишком умна.

– Это не порок.

– Но и не добродетель.

– Буду верить в вашу сестру.

– Как будто от нее много, что зависит. Дурочек этих много будет скоро во дворце. Решается же все семьей.

Я оглянулась на конюшни и криво улыбнулась, Кейлир проследил за моим взглядом. Около конюшен спокойной походкой на лошадях были Шафран и Сара.

– Его величество воспользовался моим примером, – усмехнулся он. – Позвал девушку на конную прогулку. Правда Сара отвратительно ездит в седле.

Я посмотрела, как медленно они ехали на лошадях вдали от нас и снова вернулась к теме:

– Семьи иногда тоже равны, тогда его величество будет смотреть, кто его сердцу больше подходит.

– Сердцу! – рассмеялся Кейлир. – Верите, что у его величества оно есть? У короля нет сердца, и не должно быть. У него государство вместо сердца.

Я улыбнулась слегка.

– Его величество очень меняет эту страну, это огромная честь, мне как девушке работать тут.

– Верно, хотя, конечно, не все одобряют.

– Вы что-то знаете?

– Нет.

Но догадываюсь. Старшее поколение труднее переносит перемены, хотя все они подчинятся его воле. Но уверен, что ему непросто. Даже из-за закона интимного согласия. Он ему дорого дался.

– Что вы имеете в виду? – хмуро спросила я. Я ничего об этом не знала.

– Вы знаете, во сколько лет у нас выходят замуж?

– Разрешено с восемнадцати.

– Верно. Люди из знатных родов выдают попозже, чтоб дочери получили образование. И все в столице. А в регионах? Он был шестнадцать, еще год назад. А возраст интимного согласия, когда можно было вступить в связь с девушкой четырнадцать.

Сами понимаете… Король Шафран поднял возраст согласия до шестнадцати, а вступление в брак до восемнадцати.

– Я не знала об этом.

– Разумеется. Это политика, не охрана, – пожал плечами Кейлир.

– Вы знаете, почему он это сделал?

– К нему попала придворная девушка из региона, вроде из более-менее обеспеченной семьи, но не знатной. Что произошло… не знаю. Слишком интимные подробности.