Противоположные начала

Хотел Велеслав самолично прочувствовать всё, то величие, которое даровала ему власть всепоглощающая. Остановив коня аккурат перед мостом, Велеслав ещё раз внимательно огляделся, никого не было видно, и тишина стояла мертвецкая. Так как и при жизни в Яви Велеслав любил тишину, то это его совсем не насторожило и уж тем более не испугало. Да и кого ему бояться? Теперь он тут всем заправляет.

Вдруг, в какой-то миг, грудь князя навьего что-то сильно обожгло, но он почувствовал только приятное тепло.

Провёл своей дланью по холодной броне — ничего не почуял тёплого. Тогда Велеслав стянул с себя чёрную защиту через голову. Что-то яркое промелькнуло перед его взором и тут же затерялось в высокой траве. Велеслав раздражённо спрыгнул с коня, склонился, и начал шарить по земле руками. Его шершавая ладонь наткнулась на что-то мягкое и горячее, сначала он в недоумении отдёрнул руку, побоявшись обжечься, но потом, вспомнив, что с недавних пор совсем не чувствует боли, решительно поднял с земли красную нить с узелком, образовавшим две петли.

— Науз Яги... — Велеслав смотрел сквозь неразлучника немигающим взглядом и чувствовал, как приятное тепло разливается по всему его телу, сменяя мёртвый холод. — Душа... Моя.

В памяти проносился хоровод событий: болото, Яблонька, Яга, купалье, Беломир, Наволод....

— Наволод! — хищно оскалившись, проговорил навий князь, пряча науз за кожаный пояс брони. — Я до тебя сейчас доберусь.

Велеслав уже позабыл и о Смородине, и о душе, которую должен был встретить на мосту.

А ведь он хотел Устинью обратно в Явь отправить, чтобы Святогора на ноги подняла. Да теперь всё стало неважно. Вспомнил Велеслав о том, что не хотел он власти, вспомнилась ему и Яга, которая наверняка ждёт его в Яви, горюет.

Развернул он своего коня от моста и помчался по просторам своих огромных тёмных владений, намереваясь отыскать старого волхва.

А Морена тем временем с Наволодом разговор держала. Кружила темновласая над старцем, словно орлица, а тот сидел в избе её горницы, испуганно вжавшись в резной массивный стул.

— Мы так не договаривались, Наволод! — склонилась Морена, заглянув в глаза волхву. — Вечную жизнь с ним мне обещал, а теперича что? Ходит — точно камень! Ни ласки, ни любви! Постель остыла уж давно!

— Ты мне тоже, кажись, молодость вечную обещала, — крякнул Наволод, несмело поднимая взгляд. — А теперь, ну-ка, взгляни на меня.