Не овладеешь ветром

Она посмотрела ему вслед взглядом «и что это было?» – и решила получше рассмотреть имеющуюся в её распоряжении астролябию. По правде сказать, она не совсем умела ею пользоваться, но надеялась освежить память и сообразить, как действовать.

Глава девятая

Князя Дрангол нашёл в офицерской каюте – тот раздражённо пялился в карту. Заметив возвращение парламентёра, он резким жестом отослал всех лишних и требовательно уставился на друга: мол, ну что, удалось договориться?

Тот, однако, делиться новостями не спешил.

Дождавшись, пока все выйдут, он уселся напротив Кьерина и принялся разглядывать его весьма вдумчиво. Взгляд такого рода весьма нервировал и раздражал; Кьерин в недовольстве приподнял брови, побуждая уже сказать что-нибудь.

Дрангол легонько пожал плечам и задал совершенно неожиданный вопрос:

– Почему ты не хочешь взять её силой?

Кьерин аж поперхнулся от такого грубого и бесцеремонного подхода. Более того, в голосе его читалась вполне заметная оскорблённость, когда он переспросил:

– Я разве похож на человека, которого привлекает насилие?

Дрангол опёрся подбородком на кулак и с некоторой благородной грустью в голосе заметил:

– Удивился человек, который только что устроил пиратский набег на мирный остров.

Тон этот, и особенно видневшаяся за ним грусть, не понравились Кьерину. Сложив руки на груди, он откинулся на спинку стула, сверкнул по-ястребиному глазами и сухо уточнил:

– Если тебе была настолько не по душе эта затея – зачем отправился со мной?

Всё ещё удерживая на лице задумчивое созерцательное выражение, Дрангол выразительно постучал себя кулаком по виску: мол, что за дурацкий вопрос, как бы я тебя бросил?

Они некоторое время мерялись недовольными взглядами, потом Дрангол заговорил:

– Эрмин, включи логику.

Люди, которые грабят острова, насилуют женщин на них, – выразительно поставил он чернильницу по правую руку от себя, – а люди, которые не хотят насиловать женщин, острова не грабят, – по левую руку от себя он поставил массивный компас. – Тут либо одно, – постучал он по чернильнице, – либо другое, – постучал по компасу.

– Не вижу никакой логической связи, – хмуро отозвался Кьерин, отбирая и чернильницу, и компас, и сгребая их к себе. – То, что я разграбил её остров, ещё не означает, что я хочу её насиловать.

С минуту Дрангол смотрел на него грустно и пристально, потом перегнулся через стол, постучал по чернильнице и отметил очевидное:

– Ты её уже насилуешь, гром.