Соловьи не поют зимой

Её встретил Соловьиный край – крошечное царство бесконечной весны, где не стихает душистый дождь из лепестков вечно цветущих черёмух, яблонь и слив. Где всё пронизано птичьими трелями и звоном ручьёв... И кружит голову запах сирени. И прямо на траве – юной, шелковистой – люди-птицы пьют чай, смородиновый и брусничный, из деревянных чашек, расписанных яркими цветами.

Наде очень хотелось обернуться девушкой и присоединиться к приятелям, но тревога неодолимо тянула к собственному соловьиному гнезду. Оно затаилось в зарослях жимолости, возле бьющего из-под земли ключа.

Его никто не видел, кроме Нади, никто не мог к нему приблизиться. Чудо – в чуде, волшебство – в волшебстве.

В гнезде, самом обычном, свитом из тонких серых веточек, сдержанно посверкивал лотос. Его лепестки – голубоватые ледяные кристаллы – обрамляли прекрасную жемчужину. Это была тайна Нади. Её восторг, её долг и миссия, переданная через череду поколений людей-соловьёв – защищать жемчужину даже ценой жизни, если потребуется. А сейчас что-то случилось.

Светлячки, обычно кружившие возле лотоса, угасли и обернулись бессильно опавшими льдинками. На памяти Нади такого ещё не было… Ей, как хранителю, стало страшно и горько.

Так что же делать? Петь, конечно... И соловушка запела. Только здесь, в краю вечной русской весны, могли звучать сейчас её дивные трели. Не в самой России. Там царит зима, а соловьи не поют зимой. И только в птичьем облике творила Надя истинное волшебство. Она никогда не смогла бы, спев человеческим голосом, создать магию такой силы…

Голос птицы разливался чистыми созвучьями, и светлячки оживали, лёд выпускал их из плена.

Они поднимались над лотосом, таящим в себе жемчужину, вновь радостно кружили над ним. Защита восстанавливалась. Все становилось как прежде. Пропев свою песню, девушка-соловей улетела назад с чувством честно исполненного долга.

И всё же, вернувшись в человеческий облик, Надя хмурилась, оставаясь задумчивой и немного встревоженной. Что-то изменилось, и она это чувствовала. Но что? Нет ответа.

Глава 3

Юань Лун вошёл в салон самолёта и занял указанное место в первом классе. Удобно настроил сиденье и отвернулся к иллюминатору, вспоминая последние наставления дяди.

Драконы. Их клан издавна занимал самое высокое положение в Китае. Его братья и сёстры вели крупный бизнес по всей стране, но он – он сам был на особом счету. Дядя, как глава клана, запретил ему работать и взялся лично обучать, однако в последние пять лет сила Юаня превысила силу дяди.