Камешек в груди

Мне он просто показывает, что надо сделать и я делаю. На сегодня наши занятия закончились. Практически все радуются этому, конечно, ведь сегодня никого не отправили домой. Но вот недотёпа Курьян не рад: его ждёт столовая. Не рады и наши деревенские (хотя им всё-таки полегче), им надо, как можно быстрее научится читать и писать. Поэтому, все вечера после занятий, они сидят в холле нашего корпуса с приглашённым учителем – изучают местный букварь. Не рад и наш староста Истома, он вынужден следить за этим учителем, так как тот уже был уличён в некачественном обучении: хотел растянуть оплачиваемое академией время.

Кстати, староста у нас из осуждённых. Попал а темницу за оскорбление действием по отношению к одной важной персоне. С его родителей должны были взять виру за какую-то провинность, а денег не было. Вот и забрали у них всё, что было и дом в придачу. А, когда выкидывали из дома Истому, тот расцарапал лицо княжескому чиновнику.

— ... он мамку по лицу ударил.

— Рассказывал нам Истома, как попал на кичу.

Его перевели к нам под обещание занять муторную должность старосты, а так бы он ещё долго продолжал учиться в закрытой части острова. Середнячки там, вообще, долго держатся, к ним и требований больше. А вот те, кто привлёк внимание своими талантами, под обязательство десятилетнего контракта с княжеским войском, сразу же переводились ко всем остальным.

Учёба на сегодня закончилась, но вот рад ли я этому? Не знаю.

Вроде бы нечему огорчаться, но на душе какое-то странное чувство неудовлетворения. В этом мире есть приятные моменты, есть и быт, которым можно себя занять, но эта учёба меня уже выбешивает. Не то, чтобы совсем не нравится, просто не хочу всего этого, да и смысла не вижу в том, чем сейчас занимаюсь.

Вот в таких расстроенных чувствах шёл на встречу с девчонками. Они учились в первой смене и уже час, как закончили заниматься. Блондинки, как и предполагали, попали в разные группы, но смогли договориться о том, чтобы жить в одном корпусе.

— Доброго вечера вам, красавицы. — Это я поприветствовал соседок сестричек Стоговых. Перед корпусом "снежинок" было несколько рядов скамеек для различных собраний и выступлений и сейчас несколько из них были заняты группами шушукающихся сплетниц.

— Мои ещё на верху? — Спросил у наиболее знакомых мордашек.

— Да, переодеваются к твоему приходу. Хи-хи-хи.

"Вот же мартышки".