Камешек в груди

Встретимся у мельницы, переночуем и оттуда поедем к Онотоле.

Притворяюсь спящим. Меня грубо хватает один человек и перекидывает через плечо. Пока он несёт меня осторожно приоткрываю глаза и пытаюсь хоть что-то рассмотреть.

Человек пять, или шесть, нет, всё-таки пять: шестым был трактирщик. Обычные люди, в обычной одежде. Оружия не видно, плетений тоже не вижу. Что же делать? Епт-ыть, сейчас увезут и прирежут где-нибудь. А почему они не боятся того, что мы проснёмся? Опоили? Так вроде бы не чем, мы здесь не пили и не ели, только то, что взяли с собой.

Меня вынесли на улицу и понесли к карете. Смотрел вниз и поэтому заметил тело Ульяна. Его голова смотрела на меня, а туловище в другую сторону. "Фига себе, бедолаге свернули шею". — Не сразу понял я. Офигеть, ну точно прирежут. Сейчас дёргаться смысла нет, если только одному убежать попробовать. А девчонки?

Мои размышления были прерваны — я был кинут на дно кареты. Через полминуты, рядом сгрузили Стогова и сестёр, их положили прямо на нас.

Лицом к лицу я оказался под Малушей, она лежала на мне, а из уголка её рта тянулась слюна. Вот же гадство, прямо в глаз попало. Чёрт, и голову не отвернуть, злодеи совсем рядом стоят.

Вскоре двери в карету закрыли и мы куда-то поехали.

Глава 10

Похищение. Расследование. Дана.

Было мало времени, чтобы обдумать создавшееся положение и свои действия. Оружия нет. У Четвертака была сабля и нож, но его положили в карету уже без пояса. Стоговы спят неестественным сном, поэтому толкать и пихать их, смысла не вижу, они бы и так проснулись после такой неакуратной погрузки.

В общем, стыдно признаться, но пока лежал и думы думал, незаметно задремал, а проснулся уже от резкого торможения, когда Малуша перекатилась на меня обратно, больно попав по незажившему носу. Чертыхаясь на резкую остановку, на Малушу, и даже на собственную слабость, слизываю кровь, потёкшую из носа и прислушиваюсь к шуму за тонкой стенкой кареты.

— Почему так долго? Вам ближе ехать было. — Снова звучит тот тихий голос.

Другой голос кажется оправдывающимся. — Фургон очень тяжёлый, застревал часто, в темноте совсем ямы не видно.

Тихий командует. — Сейчас спать ложитесь, всё равно ещё темно. Как рассветёт перекидаете вещи с фургона в амбар, а сам фургон загоните к болоту и там сожгите. Тех на мельницу и связать, а этих двоих прямо сейчас закопайте. Сидеть тихо, девок не портить, они ещё сутки будут спать. Всё, мы к Онотоле, ждите нас завтра к вечеру.