Камешек в груди

После демонстрации моих финансов, Кондратий показал над чем сейчас работает – ещё не законченную золотую брошь, в виде нескольких силуэтов воронов, переплетёных между собой.

— Это для академии, к утру доделаю и передам тебе. Знак показывает принадлежность к роду Воронцовых и, что ты из главной ветви. О том, что ты официальный глава рода, Гордий просил не распространяться, кому надо и так всё знают.

Посмотрел на него и спросил. — Такой значок обязателен? У всех такие будут?

— Нет, конечно, их могут носить только родовичи главной ветви и больше никто.

С таким знаком отношение к тебе станет другим: можно будет избежать многих проблем.

Жаль, хотел было попросить такие же для Стоговых. Далее старик сел за стол и, сверяясь с какой-то бумагой, сказал. — Через два дня вам надо быть на общем сборе академии. Можете и раньше, но зачем вам сидеть в их общежитии. Побудьте у нас эти дни, отдохните, а внуки покажут вам город.

Тут я вспомнил о серьгах. Попросил листок бумаги и чем рисовать. Ювелир встал и посадил меня на своё место.

Затем выдал требуемое и стал с любопытством наблюдать. Я с детства плохо рисовал, но по работе чертить приходилось много. Нарисовал маленькие серёжки с петелькой-крючком вместо застёжки. Получилась капелька металла с длинным тонким хвостиком в натуральную величину. Попросил Кондратия вместо броши заняться изготовлением двух идентичных образцов для пробы. Старик покрутил рисунок и спросил. — Господин, для чего это? Если нужны подвески на платье, то такие крючки там не требуются.

Не стал ничего объяснять, просто пообещал, что отвечу после того, как увижу первый экземпляр. На вопрос о сроках Кондратий ответил. — Тут немного работы, наверное, уже после ужина занесу.

Поблагодарил и пошёл обратно в комнату. Открыв дверь, был встречен одним – Ой!, и одним взвизгом. Епт-ыть, это я не вовремя зашёл. Хотя ... хотя был прав – Малуша явно пофигуристее. Стою теперь в коридоре и пытаюсь вырезать из памяти прекрасную картину в стиле ню. Блин, мне же ещё с ними спать сегодня, в смысле в одной комнате.

Нет, за эти дни всякое было, но всегда кто-то ещё присутствовал. М-да, может всё-таки подумать насчёт общежития? Эх, держись Гóра, держись.

Дверь чуть приоткрылась, оттуда выглянула розовая мордочка Смиляны и пискнула. — Можно.

Вот ведь блондинки, выбрали себе половину комнаты, а подумать, что именно на их половине находится выход, ума не хватило. Это теперь, чтобы выйти, мне надо через них ходить. Не-е, у них однозначно натуральный цвет волос.