Дочь пламени и пепла

Коридор не давал возможности пройти мимо него, и Виола с ненавистью взглянула в надменное лицо даркийца, когда он поравнялся с ними. Отдав воинское приветствие генералу, капитан Аден направился дальше, а Виола с ужасом успела заметить за его спиной нескольких магов. На их осунувшихся лицах застыло выражение безысходности. Шествие замыкал отряд даркийских солдат. Когда пленники подошли ближе, перед глазами Виолы промелькнула до боли знакомая белокурая головка. Виола вжалась в стену, не поверив своим глазам.

Приоткрыв от неожиданности рот, она с хрипом выдохнула:

-Мину!..

Девушка едва взглянула на Виолу, отведя затравленный взгляд серых глаз в сторону. Да он же убьёт её! Виола сделала шаг вперёд, но внезапно чья-то рука крепко сомкнулась на её тонком запястье, замедляя её движения. Замотав головой, Виола увидела перед собой строгое лицо генерала Фарро.

-Отпусти меня! – взволновано прохрипела Виола. Нарочно или нет, но он забыл вернуть её браслет, и магия всё ещё бушевала в ней, требуя выпустить её.

Сейчас Виола готова была рискнуть всем. Словно почувствовав её внезапный порыв, генерал отрицательно покачал головой.

-Не смей, – тихо приказал он, предостерегающе взглянув на неё.

Он почти прижал её своим телом к стене, и спиной Виола ощущала прохладу гладкого мрамора. Его глаза заволокла непроглядная чернота. В их глубине теснились смутные эмоции, природу которых Виола так и не смогла разобрать. Что это? Жалость? В её ответном взгляде смешалось всё сразу: безнадежность, растерянность и отчаяние.

Она выглянула из-за его плеча, пытаясь разглядеть Мину, но коридор уже оказался пуст. У Виолы перехватило дыхание. Она знала, куда ведёт этот коридор. На её глазах выступили злые слёзы.

-Я надеюсь, что вы все будите гореть в аду за свои гнусные деяния, - прошептала она, смотря ему прямо в глаза. Её губы дрожали. Виола знала, ещё чуть-чуть, и она разрыдается.

-Я уверен, так и будет, Виола, - глухо произнёс генерал, впервые назвав её по имени. Оно легко слетело с его языка.

Закусив до боли губу, Виола отвернулась, и за весь путь больше ни разу не взглянула на него.

Она совершенно не умела скрывать своих эмоций, и генерал, шедший следом за ней, чувствовал клокочущую в ней злость. Она злилась. Злилась на него. Он хотел отмахнуться, но что-то внутри него свербело от этой злости.

Как только они оказались в комнате, Виола опустилась на кровать, и безжизненным взглядом уставилась в белоснежный полог.