Дочь пламени и пепла

Запах незримо кружил в воздухе, расслабляя.

Около двери пустовала маленькая скамейка для одежды, и Виола принялась раздеваться. Расстегнув потайные крючки на платье, она попыталась расшнуровать тугой корсет, вывернув руки под неестественным углом. Провозившись с ним некоторое время, она поняла - ей не обойтись без посторонней помощи. Шумно выдохнув, Виола опустила руки вниз, и они безвольно повисли вдоль тела. Придётся дожидаться Селию. В конце концов, не просить же о помощи солдат за дверью! Она хмыкнула, представив их вытянутые лица в тот момент, как только они услышат её просьбу.

-Что ты здесь делаешь? – неожиданно прозвучавший голос в глубине комнаты заставил Виолу негромко вскрикнуть. Она не оборачивалась. Она прекрасно знала, кому принадлежит этот низкий бархатистый голос. Вниз по спине поползли крохотные мурашки, заставляя её поежиться, не смотря на то, что в помещении стояла удушающая жара. Она стала вглядываться в глубину комнаты, пытаясь разглядеть хоть что-то сквозь беловатый пар. В центре комнаты, в медной ванной, мелькнула тёмная голова генерала, и Виола поспешно отвернулась.

Её щёки запылали от стыда. Как она могла не заметить его раньше? А он почему промолчал и не обнаружил своего присутствия? Платье на груди было расстёгнуто, только корсет удерживал ткань вместе. Она быстро застегнула несколько крючков, чтобы прикрыть оголённое тело.

-Я… Я не знала, что здесь кто-то есть! – пропищала она, готовая провалиться сквозь землю. Позади хлюпнула вода, и Виола поняла, что генерал поднялся.

Интересно, он обнажённый? Она едва не застонала от собственной глупости! Разумеется, обнажённый! Кто же купается в одежде! Её щёки опалило жаром, и Виола решила, что ещё немного, и они вспыхнут. Ей бы выйти из комнаты, но ноги словно приросли к полу.

-Ты можешь повернуться, – услышала она за спиной его низкий хрипловатый голос. Сердце колотилось с такой силой, что она даже не услышала звук его шагов. Когда он успел подойти так близко? Виола медленно обернулась, и упёрлась взглядом в крепкое тело даркийца.

Её пылающие щёки грозились растечься лужей по полу.

-Я лучше пойду, – громко сглотнув, выдавила из себя Виола. Она хотела уйти, но отчего-то продолжала стоять, уставившись на него. Сердце сделало бешеный кувырок.

Грудь даркийца была сплошь покрыта рисунками витиеватых татуировок, как ей и представлялось в её воображении. Виола, словно загипнотизированная, смотрела на эти чёрные узоры, не сводя своего пристального взгляда.