Ведьма из драконьей семьи

И если в человеческой библиотеке работёнка могла быть скучной, то в волшебном заведении… то из книг тексты сбегали в другие книги, их приходилось искать да возвращать, то студенты норовили засунуть нос в магию не по зубам, вследствие чего их можно было законно погнать метлой под зад, то… артефакты характер показывали. Вот из-за них на этой должности и не стремились работать даже ведьмы и чародеи! Ни те, ни другие не отличались покладистым нравом, а тут ещё угоди каким-то предметам, когда с собственными-то споришь бывает! Господин Жак же не увольнялся:

- Я столько спиногрызов выпустил! Чего мне эти ваши книги?

- Так кусаются же!

- И мне за это доплачивают! – гордо отвечал господин Жак.

– Когда мне пацан руку прокусил, хрен мне был, а не надбавка к зарплате! Его родители даже оплачивать мне лечение не захотели, переживали, не подцепил ли их сыночка от меня какую заразу, когда кусаться полез! Представляете?

Представляли, потому попадать помощниками к господину Жаку с его нынешней работой не хотели.

Но поскольку никто, кроме него, там работать не рвался, руководством Пригранички использовался бесплатный студенческий труд. Старик ещё всегда радовался, говоря, что правильно-правильно, даже из магов дурь трудом выбить можно, чем же ещё?

Вот и сейчас…

- Говоришь, Лоренций разрешил тебе магичить? – в который раз переспросил господин Жак, наблюдая за тем, как я, вальяжно рассевшись на диване в читальном зале, вычёсывала волосы предварительно зачарованным гребешком. Зачем? Чтобы мои прекрасные волосики не загорелись, в случае если бьющиеся под защитными чарами драконов между стеллажами артефакты в соседней комнате решат поплеваться в меня огнём.

Судя по тому, что я видела, плеваться в меня собирались, а палёные светлые волосы – тот ещё видок.

- Да, господин Жак, - терпеливо отозвалась я и, поднеся к одной прядке огонёк стоящей на столе свечи, удовлетворённо улыбнулась – всё было в порядке.

- И потому вместо того, чтобы ловить и так беснующиеся артефакты, ты создаёшь мне ещё один, потенциальную угрозу, - господин Жак спрыгнул со своего высокого стула за библиотечной стойкой, с которой мог соколом наблюдать за студентами-добычей, и подошёл ко мне.

Подхватил оставленный на журнальном столике перед диваном гребешок и повертел его. – Чего от этого чуда-юда теперь ожидать?

- Ничего, он безобиден, - поверхность простого деревянного гребешка, позаимствованного у библиотекаря, пошла рябью моего волшебства, и я поспешила исправиться.