Останься в Вейзене

— Думаю, она просто скормит вам нескладную историю, лишь бы вызвать в вас эмоции. Мой совет: попробуйте задать любой уточняющий вопрос, и вся эта история рухнет в одно мгновение, — Хопберт махнул рукой.

— Обещаю быть внимательной, Хопберт. Не волнуйтесь.

Мы прошли мимо дома Гетбера — я старалась не смотреть в сторону подъезда, боясь наткнуться на знакомый силуэт. И направились вглубь домов. Чем дальше, тем неряшливее становилась окружающая обстановка: на дорогах появлялись вмятины, трубы выглядывали, откуда придётся, крыши домов косились во все стороны.

Зато фонарей, лавочек и длинных элегантных автомобилей становилось все меньше. И если вместо дорогих автомобилей были здесь небольшие двухместные устройства, что-то вроде сереньких миниатюрных тракторов, то лавкам и фонарям замену не придумали.

— Не удивляйтесь, — попросил Хопберт, — к сожалению, чем дальше от центра, тем менее благоустроенным становится район.

— Да, — кивнула, — знаю.

Просто не думала, что контраст настолько велик. Этого ли хотел Вей, когда возводил этот город? Впрочем, подозреваю, не так уж он был добродетелен, как его пытаются изобразить.

Волновало ли его то, что происходит хотя бы в двадцати минутах ходьбы от центра? Да даже большая часть жителей «элитной» части города, вполне возможно, предпочитает её не покидать.

— Я проверила вашу контрольную, — заметила я, чтобы избавиться от застывшей в воздухе неловкости, — она неплоха. Некоторые недочёты, конечно, есть, но это как раз те нюансы, которые мы разобрали уже после контрольной.

А в остальном — суть вы уловили.

— Спасибо, — Хопберг улыбнулся и добавил: — Мне в целом нравятся задачи больше, чем теория.

Он наконец свернул к одному из покосившихся домов. Ну наконец дошли. Нет ли у них чего-то вроде городского общественного транспорта? Ладно, сегодня ещё погода хорошая. Но в дождь, или зимой… Эти полчаса ходьбы будут ощущаться сутками.

— Хопберг, а у вас здесь есть снег? — поинтересовалась я, когда мы уже почти достигли подъезда.

— Пару раз за год может выпасть, — ответил он, — но тут же тает. Говорят, у нас приятная зима. — Он потянул на себя громоздкую стальную дверь и пригласил меня войти. Темно здесь, и темнота эта такая плотная, что обволакивает, как шерстяной плед. — Здесь лестница. Осторожно. Нам нужно пройти два пролёта.

— Это плохо… В моем прежнем городе снег лежит месяца четыре непрерывно, и еще пару — с переменным успехом. Как-то я уже успела к нему привыкнуть. Скучать буду.