Останься в Вейзене

Настроение мигом повысилось, в голове сами собой начали рождаться дальнейшие планы. Как сильно влияет на самоощущение полный желудок, однако же.

На остановке я тоже стояла одна, но в этот раз погода была хорошая, клонилось к закату солнце, даруя миру краски, так что омнибуса я дождалась. Расположилась с комфортом сразу на два свободных сидения и уставилась в окно, как будто за ним оставалось ещё что-то, чего я не видела.

Мне теперь придётся каждый день сюда кататься, подумать только.

И всякий раз пропускать либо ужин, либо обед, поскольку промежуток времени между этими двумя мероприятиями слишком маленький, чтобы успеть доехать до города, дойти до новой лаборатории, а потом ещё и проделать обратный путь.

Вернувшись в академию, я направилась к привычной двери. Обещала ведь каланхоэ, что вернусь… В коридоре было тихо, даже слишком, зато на дверном полотне вдруг появилась яркая вывеска, красные буквы на белом фоне: «Вход воспрещен!».

А кто-то пытался?

Я осторожно коснулась ручки двери, ожидая, что по мне сейчас ударит заклинанием, сразу же научусь читать на всех языках всех существующих миров.

Но ничего не произошло.

Ключ продолжал лежать у меня в кармане. Я отомкнула дверь и вошла внутрь, не став зажигать свет, ориентируясь лишь благодаря последним закатным лучам. Но даже полумрак не скрыл от меня удивительное открытие: обстановка-то поменялась. Пока я наводила порядки в чужой лаборатории, кто-то похозяйничал в моей. Убрал с пола осколки, покалеченную посуду сложил в одну большую коробку, которая заняла треть стола.

К коробке боком прислонился микроскоп — с окна его согнали. Мои книги тоже переместились на стол. Надо и их забрать, все-таки это мне их придётся возвращать в библиотеку…

Каланхоэ я водрузила поверх стопки, край горшка пришлось подпереть подбородком. Не знаю, как я не разрушила эту конструкцию, пока шла по коридорам и лестницам. И все-таки и книги, и цветок добрались до моей комнаты в целости и сохранности.

На пороге меня встретила Ирмалинда — я едва не получила дверью по лбу.

Она заохала, помогла мне пройти в комнату, даже каланхоэ сняла с пьедестала и поставила на подоконник. Когда я освободила руки от книг, Ирмалинда поинтересовалась:

— Из лаборатории принесли, да?

— Оттуда, — согласилась я.

— Исследования пока приостановились?

— Если бы… — Я качнула головой. — Феранта не даёт время на передышку. Меня в новую лабораторию определили. Теперь буду каждый день в город ездить.

— В новую? — удивилась Ирмалинда.