5. Служить и защищаться

Одной рукой она схватилась за арбалетный болт, торчавший из живота Инафай, а второй выхватила нож.

– Всё, тварь, ничего у тебя больше не будет, – негромко произнесла Элина, – ни клана, ни Рэйшена, ни ребёнка.

Каждое слово сопровождалось ударом ножа. Инафай вздрагивала и хрипела. По комнате пополз смрад – содержимое кишок одинаково у всех рас…

Лоркан слегка поморщился. Бабам нельзя доверять такое тонкое дело, как убийство. Вон сколько грязи и крови развела эта Элина! Видать, крепко приревновала своего дроу к этой облезлой кошке.

А "облезлая кошка" тем временем собрала последние силы, чтобы плюнуть кровью Элине в лицо.

В двери стоял Ингерам, а из-за его плеча выглядывал потрясённый Руфус. Кровавый плевок и ужасающее зловоние выбили юношу из колеи. Лоркану даже из его угла было слышно, как парня вывернуло наизнанку. Ингерам, хоть и скривился, но попытался ему помочь. Слабак этот Руфус и неженка! На его фоне Элина, методично разделывающая врага, выглядела подготовленным и безжалостным бойцом.

Жизнь покидала Инафай. Матрона клана Эльгиниррок рухнула на пол и там, в крови и нечистотах, испустила последний вздох. Элина стояла возле неё на коленях, вся заляпанная кровью, и никак не могла прекратить ритмично опускать нож в то кровавое месиво, в которое она превратила тело Инафай. Остановилась Элина, лишь когда её крепко ухватили за плечи и хриплый голос, в котором она не сразу узнала Лоркана, прошептал:

– Всё, всё, хватит! Она уже труп! Остановись, сейчас сюда другие нагрянут, это как пить дать, Элина!

В коридоре уже слышался топот ног.

Элина криво усмехнулась и поднялась с пола. Если бы не помощь Лоркана, она бы поскользнулась и шлёпнулась во всё то, что выпало и вытекло из Инафай. Перезарядить арбалет она точно не успеет, но дверь не так широка, можно не дать дроу ворваться внутрь…

Глава 7

Они сами остановились на пороге. Никто из клана не хотел входить в комнату, залитую кровью. Над изуродованным телом их матроны стояла… Из-за того, что лицо и руки женщины-убийцы были выпачканы, они не сразу догадались, что их матрону прикончила человеческая женщина.

Мужчина, стоявший за её плечом, поспешно отступил в глубь комнаты. Женщина усмехнулась, и эта усмешка на заляпанном кровью лице была страшнее, чем все угрозы и кривляния Инафай.

– Чего уставились? А ну, на колени!

Никто из дроу потом не вспомнил, кто сделал это первым, но на колени опустились все.