Академия Равенства. Тьма

Жаль, что время нельзя остановить на месте, придержать всего лишь на час… Но Петриция радовалась, улегшись на краю повозки и подложив под голову свою сумку, потому что еще не знала, чем окончится этот долгий день…

Глава 3

– А ТЫ НЕ ЗНАЕШЬ, ЗА ЧТО СОЖГЛИ ВЕДЬМ?

– ЗА ПАКОСТИ!

– А ПОЧЕМУ ОНИ ПАКОСТНИЧАЛИ?

– ПОТОМУ ЧТО ОНИ ВЕДЬМЫ! И ПОТОМУ ЧТО ХОТЕЛИ ЖИТЬ...

К вечеру небольшая кособокая скрипящая повозка с выдохшейся лошадью нагнала остальных торговцев. Седой старик, которого, как выяснилось, звали Менис, не стал подъезжать вплотную к своим товарищам и держался от них на некотором расстоянии.

Расплывчатый лик высоких ворот уже виднелся под лучами уходящего солнца, припекающего спину, когда Петра, наконец, отмахнулась от остатков дремы и села удобнее, закинув лямку своей легкой поклажи на плечо.

– Подъезжаем, дочка! Лишь бы успели!

Повозки с торговцами затормозили около городских ворот. Серая каменная стена непреступной скалой возвышалась над головами столпившихся людей и стражников.

Гомон стоял такой, что девушке нестерпимо захотелось огреть всех этих крикунов чем-нибудь потяжелее, да по несколько раз. Мигрень, которой так часто пользовались Леди на приемах как предлогом, чтобы удалиться в укромные уголки вместе со своими кавалерами, разыгралась не на шутку. Жаль, что маги могут болеть, как и обычные люди без каких-либо способностей.

– Гор* Менис, а почему они стоят? – Петриция разглядывала представшую картину.

– Не знаю, дочка. До закрытия еще есть время. Минут двадцать, но все же есть.

– Он щурился чуть мутноватыми глазами, пытаясь увидеть причину неожиданной задержки.

– Менис! Разворачивай свою кобылу! Город уже закрыт! – молодой парень поправлял на своей повозке ткань, укрывающую товар.

– А почему так рано? – в ответ прокричал ему старик.

– Сказали – новый указ! Чтобы адепты из этой чертовой Академии не шастали туда-сюда.

– Гор Менис, вы отправитесь обратно?

Петра поняла, что ей придется заночевать прямо у ворот. Спать на земле не хотелось, но других вариантов не было.

Разве что торговец останется ждать утра, тогда можно будет заночевать, сидя в повозке.

– Я потратил два дня на путь и, если не считать твою монету, не получил дохода. Я дождусь открытия. Да и ехать в ночь опасно – разбойники не дремлют.

Старик откатил повозку на траву к одиноко стоящему дереву. Листья его уже начинали желтеть, но пока не опадали. Ночь надвигалась, принося с собой легкий флер свежести вместе с прохладным ветром.