Академия Равенства. Тьма

Иначе я бы не занимался всем этим. Пусть есть некоторые трудности, пусть я устаю, но это мое призвание. Я привык командовать, когда служил в Императорской Гвардии. Здесь, в принципе, то же самое, только вместо вояк в подчинении преподаватели и адепты с их небольшими проблемами.

– Вы служили в Гвардии? – удивление читалось на лице девушки.

– И довольно долго. Но думаю, вам это будет неинтересно.

– Отчего же вы так решили? Поведайте мне, пожалуйста, что скрывается за идеально выглаженным гвардейским мундиром и до блеска начищенными шпагами и клинками?

– Кровавые реки смертей и боль от потери близких товарищей.

Но не будем о грустном, – мужчина решил сменить тему. – Давайте я отрежу вам пирога? Он очень замечательный.

– Нет-нет, спасибо.

Грусть коснулась уголков глаз Петриции, но она попыталась не показывать ее и, рассмеявшись, произнесла:

– Я боюсь, что для еды больше места нет. Иначе я просто не смогу даже подняться.

Грон очень загадочно улыбнулся и, не отводя взгляда, произнес:

– У вас удивительный смех, такой задорный и чистый, как весенняя капель или летний ручей.

Адептка смутилась и, не найдя, что сказать, облокотилась о спинку дивана, повыше подтянув плед.

– А хотите, я поведаю вам интересную историю? – вдруг спросил Лорд, и девушка кивнула.

– Далеко-далеко, в месте, где зима никогда не уходит, а о лете люди знают только из книжек, жила маленькая прелестная девочка. Замок, в котором она родилась, был огромным, а слуги настолько любили ее, что не давали в обиду даже хозяину владений.

В замке у нее было два самых любимых места. Огромная сказочная библиотека, где собирались книги и рукописи со всего мира, и стеклянная магическая оранжерея, в которой выращивались розы волшебного сорта.

Глаза Петры слипались, но она старалась цепляться за бархатистый голос мужчины, как за якорь, удерживающий ее на границе с явью.

– В библиотеке она проводила все свое свободное время, потому что очень любила учиться, но делать это приходилось по ночам, пока хозяева замка спали.

А в оранжерею она бегала и того реже, так как посторонним строго-настрого было запрещено переступать порог летнего царства в окружении лютой зимы. Но девочка выросла и покинула замок, самостоятельно отправившись в путешествие…

Голос становился все дальше, а Петра уплывала в объятья Морфея. Девушке уже было все равно, что она находится в доме Лорда Директора, который расположился на территории Академии.